Я знал, что курить будет ещё больнее, чем просто дышать, но уже не мог сдержаться. Ведь сейчас я балансировал ещё на одной тонкой грани под названием «Сыновья».
— Так значит, ты и дальше собираешься помыкать его припадкам? — скривилось лицо Алекса в ироничной улыбке. — Блядь, Николас, порой мне кажется, что я совершенно тебя не знаю. Ты держишь в своих руках самых отъявленных бандитов города, но не хочешь находить управы на своего сына.
— Вот именно Алекс, — сделал я глубокую затяжку, втягивая в лёгкие сухой дым, следом за которым тело наполнилось колючей болью.
— Моего сына! Поэтому давай ты оставишь этот вопрос мне и больше не станешь его поднимать! А теперь будь добр сходи подыши свежим воздухом!
Просить дважды не пришлось. Выйдя из комнаты, Кросс сорвал с крючка кожаную куртку, оставляя квартиру как минимум на пару часов.
По сравнению со светлой кухней, гостиная казалась полностью погруженной во мрак. Светлые блики ходили ходуном, отбиваясь от стен, словно за стеной светила разноцветная гирлянда.
Сейчас мне не хотелось оставаться в одиночестве. Не хотелось ложиться в постель со своими ядовитыми мыслями, которые как настоящие мегеры разрывали уставший мозг, отгрызая от того кусочек за кусочком, превращая эту ночь в рассадник зудящей бессонницы!
А уж если и не спать, то уж лучше в компании куда более приятной особы. День выдался тяжелым, и мне как никогда нужно было расслабиться.
Докуривая сигарету под смазанную болтовню какого-то фильма, я потянул за шкафчик со столовыми приборами.
Большой рычажной штопор лежал в отдельном отсеке, экономя мне время на поиски.
Винная полка была наполовину пуста, но даже оставшихся пяти бутылок оказалось более чем достаточно. Остановив свой выбор на бургундском DRC Romane Conti, я откупорил прохладную бутылку и, взяв два бокала, сделал шаг в тёмную гостиную.
Наблюдая за лежащей на диване Даяной, я сразу же отметил, как дёрнулось изящное тело, когда её большие глаза встретившись с моим сосредоточенным взглядом. Напряглось и выгнулось.
Словно приготовившись к тому, что я в любой момент могу дать волю рукам, стягивая с неё всю эту груду бесформенных тряпок.
Блядь, да неужели у меня на лбу написано, что я хочу эту девчонку в каждом уголке этой проклятой квартиры? Неужели так очевидно, что вот уже четыре грёбанных месяца трахаюсь с другими женщинами представляя, что это происходит с ней?
Присев на упругий диван, я оставил между нами достаточно места, для того чтобы она смогла расслабиться.
