НИКОЛАС
— Не ожидал, что на этот раз ты решишь встретиться в таком месте, — сухо улыбнулся Алекс, протягивая руку.
Бар гостиницы «Мандарин Ориенталь» напоминал музейный экспонат. Кресла, светильники, канделябры, статуэтки — казалось, что я попал во времена Аль Капоне. Здесь было по-настоящему спокойно и уютно. Приятная музыка и дорогие напитки помогали расслабиться, а небольшая вместимость помогала сохранить полную конфиденциальность, не позволяя посторонним глазам мусолить твою частную жизнь.
Избавившись от надоедливого пиджака, я устроился в упругом кресле, наблюдая за всем залом. Антураж как никогда подходил под кинофильм «В джазе только девушки», заставляя меня прокручивать кадры с Джеком Леммоном и Джо Э. Брауном, что в некотором роде поднимало моё паршивое настроение.
— Не мог отказать себе в удовольствии выпить хороший виски, — усмехнулся, принимая его рукопожатие.
— В таком случае не могу не воспользоваться случаем, — присев напротив, Алекс указал бармену принести то же самое, что пью я.
— По какому поводу ты решил встретиться на этот раз?
— Как всегда, по поводу работы.
— Слушаю, — отсалютовав роксом с фирменным знаком гостиницы, он сразу перешел к делу.
— Настоящий виски пьют из «Тюльпана», пора бы уже тебе запомнить это и начинать носить рубашки. — предложил ему, никогда не понимая той маниакальности, с которой Алекс облачался в тёмные кофты. Нет, Джеймс, конечно же, тоже был их извечным фанатом, что на работу и в людные места всегда приходил как того подобает.
— Терпеть их не могу, — скривился тот, словно я предлагаю что-то наподобие клоунского наряда. — В моей жизни нет ни мест, ни событий, для которых бы они могли понадобиться.
— А если такой повод появится? — внимательно всматриваясь в жесткие черты его лица, я, конечно же, понимал, что он мне не откажет. Вот только сейчас меня куда больше интересовал не отказ, а его личное желание. — Знаю, что ты никогда не хотел привязывать себя к одному нанимателю, но как насчёт заключения обоюдно выгодного контракта?
От услышанного Алекс ненадолго замешкался, но уже через секунду вернул себе привычное выражение холодного расчёта:
— И почему же ты вдруг решил ввести меня к себе в штаб?"
"— Думаю, ты не совсем верно понял.
Я не собираюсь сажать тебя на цепь, — усмехнулся, отпивая ароматный виски. — Ты не будешь фигурировать ни в качестве телохранителя, ни в качестве чистильщика.
