А теперь и его сыну, принцу Сан Тану.
Ну, ничего, поладим как-нибудь. Деваться нам некуда.
— Что застыл? Шуруй к своим подчиненным и покажи им, кто чемпион.
— И снова я не догоняю!
— Самый крутой, тот, кто стоит на первой ступени пьедестала. Искусство свое боевое покажи, Мастер ты или нет⁈ Марш в казармы! Скажи, что тебя назначили командиром!
— А если эта сука не согласится? Принц ваш распрекрасный? Жетон давайте."
"Не такой уж он и глупый. Понял, что нужен письменный приказ. То есть указ. Парень был в армии, он четко знает устав.
— Сообразительный, — невольно хвалю я. — Просто познакомься с Парчовыми халатами. Завоевывай авторитет потихоньку. А там и указ подоспеет. Доверься мне. За принцами пока Хэ До присмотрит. Сейчас в Запретном городе спокойно. Гао уверены, что они победили.
… Лина долго уговаривать не приходится. Хотя, князь, конечно, удивлен:
— Мальчишку в командиры Парчовых халатов⁈ Ты какая-то странная в последнее время, Мэй Ли. Не впустила меня вчера.
Светлейший, определенно ворчит.
И ревнует. Хотя принц Ран Мин теперь женат. Гао сплотились вокруг и караулят каждое телодвижение его высочества. Рабы имперского этикета! Все должно быть по правилам, а этих правил — жуткотомник! Лев Толстой отдыхает со своим культовым шедевром учебной программы «Войной и миром'!
Пока Мин завис подле своей только что обретенной супруги на очередной чайной церемонии, я могу перевести дух. Я-то жду регента только завтра.
— Фактически руководить силовиками будешь ты, Лин.
Ты ведь все равно военный министр. А элитные халаты — одно из подразделений военного приказа. Сяоди лишь надо четко выполнять твои распоряжения. Что он, собственно, и делает. И потихоньку расти. Пока он не созреет до полноценного генерала.
— Да понял я. Что ж, проголосуют как надо.
— И еще одно, Лин, — тяжело вздыхаю. — Повремени пока с разводом.
— Что⁈ — его как пружиной подбросило. — Кто он, говори⁈ Твой любовник⁈ На кого ты меня променяла⁈
Князь наваливается на меня с перекошенным от злости лицом, глаза горят, брови сдвинуты, и, между прочим, это не шутки! Меня придавил аж центнер полноценного тирана и деспота! Военного диктатора! Прямо как каменной плитой накрыло! Я и пикнуть не могу, а мне ведь надо что-то сказать в свое оправдание! Иначе сгину в тисках неумолимой ревности!
— Лин… Дышать нечем… пусти…
Он приподнимается, чтобы я могла говорить внятно, но не отпускает.
Планирует, должно быть, докончить начатое.
