Онлайн-библиотека книг
Раздалось несколько гудков, противно царапающие слух и растрепанные нервы, и наконец на том проводе прозвучал бархатисто-насмешливый голос:
— Слушаю вас, Виктория.
— Ключи отдадите? — без сантиментов перешла к сути. Грубовато, но унижаться не буду. Не дождется.
Вячеслав Андреевич помолчал, а потом отчеканил:
— Нет!
— … — повисла пауза. Придурку весело, а у меня слезы подступают к глазам.
— Вы внимательно меня слушали?
— Да, — отвечаю и замолкаю, чтобы не разрыдаться. Потом собираюсь духом и добавляю: — Но мне надо собрать вещи.
— Повернись направо!
— Что?
— Вика, не тупи! Посмотри направо! — в телефоне раздались гудки.
Поворачиваю голову и увижу, как на стоянке, среди машин появилась ненавистная фигура и махнула мне рукой.
Сделав вид, что что-то уронила, я присела и, пока он меня не видит, наспех смахнула рукавом куртки слезы. Конечно, красные глаза не скрыть, но хотя бы так.
Идти не хотелось, однако пришлось.
Теперь я понимаю, что чувствуют собаки на поводке.
Когда подошла к машине, со стороны пассажира распахнулась дверца, приглашая в дорогое нутро, пахнущее роскошью и рабством. Если меня спросят, как оно пахнет — отвечу, что кожей дорогого салона и люкс парфюмом.
Забираясь в салон, я испачкала ноги, и на колготах появились некрасивые грязевые разводы.
— Ну что же вы так. Не на убой же идете, — сочувственно произнес Вячеслав Андреевич.
Я повернула голову и подняла на него глаза. Босс оценил мой взгляд, полный ненависти и презрения, и разочарованно хмыкнул:
— Что ж, если считаете, что я скот — буду вести себя соответственно, — скривил губы в едкой насмешке и неожиданно рявкнул: — Улыбаться! Не лимон жрешь!
Меня будто кипятком ошпарило — прежде так по-хамски со мной никто не разговаривал.
— Видите, Вика, какая большая разница может быть в отношении.
— Да, — прошептала.
— Так давайте не будем портить день, — он улыбнулся. — Если, конечно, не предпочитаете давление.
— Нет, — покачала головой и, спохватившись, уточнила: — Не предпочитаю.
— Так вам нужна зубная щетка?
— Не только.
