Онлайн-библиотека книг
Вячеслав доставал баночки из холодильника, открывал их, резал, раскладывал по тарелкам вкусняшки, а я смотрела на еду и молчала, хотя очень хотела есть. Вдруг перед носом моим появился кусочек колбаски.
— Викусь? Ам!
Я протянула руку, чтобы взять его, но Вячеслав тут же убрал руку за спину.
— Нет, так не пойдет. Давай-ка открывай ротик.
Я зыркнула на него убийственным взглядом, но губы разомкнула.
— Какая страсть! Какая экспрессия! — рассмеялся он и аккуратно опустил кусочек в мой рот. Затем еще и еще.
— У меня руки есть, — пробурчала я, чувствуя себя неловко."
"Не понимаю, зачем эти дурацкие игрища? Да взял бы, отымел меня положенное количество раз и отпустил с миром, а то в добряка играет. Настроение резко испортилось.
— Очень рад, что есть. Еще вижу, что у тебя есть ноги, задница и все остальное. Но знаешь ли, после вчерашнего созерцания тебя в безобразной футболке, до сих пор не могу прийти в себя.
Едва я обрадовалась, что план удался, Вячеслав припечатала меня фразой:
— За что ты так себя не любишь?
От такого вопроса в лоб я растерялась и не могла найти подходящих слов.
— Люблю, — ответила смущенно.
— Как же. Дешевые трусы, дешевые носки, безобразная щетка, измахрившаяся после первой же чистки. Дешевая футболка с распродажи на три размера больше… — с каждым перечислением он делал меня несчастнее.
— Не вам судить, — чтобы не показывать свои чувства, отвернулась к окну.
— Теперь мне. Я же оцениваю твое поведение, вид, внешность, даже здоровье. Забыла? — не дождавшись ответа, он продолжил: — Поэтому сделай лицо попроще, поприветливей — и в путь.
— Какой? — встрепенулась я.
— Дальний, — коварно улыбнулся он.
Уже через час, даже меньше, мы ехали на такси в аэропорт.
— А куда мы? — спросила робко.
— На Кудыкину гору. Молчи и улыбайся! — вот и весь ответ Вячеслава. Обидно, хотелось остановить машину и уйти. Но…
Улыбчивые стюардессы порхали по рядам. Я смотрела на ухоженных девочек и не верила, что мы летим в Москву. Вот жизнь! Захотел — полетел на выходные в столицу или еще куда. А захотел — себе рабыню купил. Скотина!
Не знаю, что готовит мне день грядущий, но он пройдет. И еще другой пройдет — и когда-нибудь это все закончится. А пока спать.
