Босс для разведёнки

Вот как если некоторым голову открутить…

Порыв бешенства после акта вандализма обуви отпускает, и я расстроенно смотрю на свои ноги.

Ковыляю до машины и, желая поскорее уехать, нервно проворачиваю ключ в замке зажигания.

Двигатель не реагирует. Повторные попытки, включая ласковые увещевания, а потом и запрещённые матерью нелитературные обороты, тоже не помогают с моей проблемой.

Сегодня не понедельник и не пятница тринадцатое, сегодня проклятый чёрный вторник! Почему всё должно случиться в один день?! В неделе-то ещё остались свободные …

Пальцы дрожат, слёзы тихо текут, но просто сидеть и дальше — тоже не выход.

На последнем техническом обслуживании что-то говорили мне … но от усталости и «дятла» в висках мозг никак не может выдать нужную информацию.

— Капот открой, — безразлично и холодно прозвучало где-то надо мной.

Но лучше ко мне бы сейчас ангел с небес спустился, а после я пошла бы в больничку на лечение, но чудес не бывает.

Аренский, мать его… простите. Нееет!

Мой мозг громко стонет, а этот андроид, выразительно изогнув бровь, стоит перед моей машиной.

Ныряю в салон и жму нужную кнопку. Когда выползаю обратно, босса уже не видно.

Делаю несколько шагов в его сторону, заглядывая за поднятый капот.

Богдан Анатольевич внимательно соцерзает «сердце» моего автомобиля, опираясь крепкими пальцами на верхний край решётки радиатора.

Моё внимание привлекает чёрный браслет на его запястье — просто круглые бусины без каких-либо прекрас.

Это деталь никак не вязалась с его образом холодного и невозмутимого. В голове возникла шальная мысль — а что ещё он прячет под рубашками и костюмами.

Но смена темы, как известно, помогла. Я вспомнила.

— Кажется, мне говорили, что отходят контакты на аккумуляторе, — выдаю я, когда рука босса начинает ощупывать именно то, о чём я упоминаю.

Недовольный вздох, который мужчина даже скрыть не пытается. Поправляет зажимы на аккумуляторе, что-то ещё дёргает, а потом, видимо, заодно проверяет уровень масла в двигателе и даже бочок для омывателя стёкол.

Но там у меня везде порядок.

— Чего стоим-то? Машину, мадам шарфик, завести не хочет?

Я просыпаюсь, с трудом отрывая свой взгляд от его кистей — красивых, правильных, с набухшими венами и тёмными волосками, кроме грубоватой кожи, практически идеальные.

Сглатываю слюну и, тут же опустив голову вниз, быстро разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов — выполнять требуемое, но успевая съязвить.