Босс для разведёнки

— Это вряд ли, — шиплю я совсем тихо, чтобы просто не лопнуть от распирающего меня желания стукнуть этого мужчину.

— Ещё как, — шепчет мне в ответ.

— Это всё? — громко спрашиваю я у Раисы Сергеевны и, видя её судорожный кивок, собираюсь уходить.

Делаю широкий шаг в сторону, чтобы, не приведи господи, не задеть босса.

— Спешите? — любопытствует Аренский, на что мне даже фак ему показать хочется.

А ведь во мне воспитывали леди!

— Конечно, Богдан Анатольевич. Спешу приступить к работе.

Если он сейчас не отравится от порции яда в моём голосе и словах, то этот утёс однозначно бессмертный.

— Похвально, Ева Леонидовна, но …

Это его выразительное «но» тормозит мой побег. Неужели ему всё мало? Разворачиваюсь лицом к этому дьяволу во плоти.

— Да, что-то не так?

— Конечно. Можно было бы и меня подождать. Ведь отныне вы работаете в моём кабинете, так что смысл торопиться в одиночестве.

Меня аж тряхнуло от возмущения этого гнусного заявления. А терминатору всё нипочём. Стоит руки в брюки, всем своим видом показывая недовольство.

Мелихова, помощница бывшего босса, при том, что оказывала тому интимные услуги, и то пребывала в отдельном кабинете.

— У меня мало времени, чтобы звать вас тогда, когда мне понадобится что-либо, а потом ещё ждать, когда вы прибудете. Мало ли чего по дороге случится… каблук сломается, забудете чего-нибудь. Достаточно убедительно?

Ещё бы! Комар носа не подточит.

— И на будущее. Все условия вашей работы прописаны в трудовом договоре, что вы только что подписали. Неужели не читали? И копию, заверенную мной, себе не взяли?

Я его сейчас пристрелю! Дайте кто-нибудь оружие!

Богдан Анатольевич назидательно смотрит и недовольно качает головой.

— Мадам шарфик, вы меня очень огорчили. Надеюсь, в последний раз?

Если бы моя жизнь принадлежала только мне, то я его сейчас так бы огорчила. Мамочка моя, наверное, от таких слов в обморок бы грохнулась.

Но … тик-так … настенные часы, что громко отмеряли секунды в тишине кабинета, вернули меня в серую реальность.

— Надейтесь, — уверенно ответила ему.

Протянула руку к женщине, при этом больше не выдерживая этих бездушных глаз, перевела взгляд на мужскую грудь.

Была уверена, что сейчас он напомнит другое правило, но Аренский молчал.

Кадровичка суетливо поискала на столе и протянула бумаги.

— Вот ваш, Ева Леонидовна.

Надо изучить эта бумажку до последней запятой, а то мало ли чего ещё придумал этот андроид в целях доконать меня.