Босс для разведёнки

Вам идёт, — тут же выдаю я немного охрипшим голосом.

И всё-таки хмурюсь. Этот терминатор меня буквально поглощает всем своим существованием. Пытается сломить, заткнуть, и это … бесит.

Бесит так, что я выпрямляюсь насколько могу, и уверенно поднимаю подбородок вверх, пока наши взгляды не скрещиваются.

— О! Так лучше, Ева Леонидовна. Больше напоминать не стану, сразу буду премии лишать.

Как только Аренский добился своего, то тут же отошёл от меня, и вся я стала ему неинтересна. Когда мужчина снова садится в кресло, то уже пребывает в холодном и невозмутимом состоянии.

Начиная дальше просматривать документы, флегматично интересуется он. В метре от него стоит шикарная ультрасовременная кофемашина, но утёс требует напиток от меня. И если этот гавнюк умеет вот так первоклассно контролировать свои эмоции, то я нет. Я всё ещё злюсь.

— Не откажусь. Капучино, пожалуйста.

Звук сломанного грифеля его карандаша слышим мы оба. Я делаю несколько шагов в сторону вешалки- треноги, начиная развязывать пояс плаща.

Мне дают шанс исправиться, но я ещё не совсем успокоилась.

— Капучино, Богдан Анатольевич. Мой любимый, — спокойно повторяю я, даже не зная, через какую минуту меня уволят, но явно это будет скоро.

Наши взгляды снова пересекаются, только теперь босс смотрит на то, как я расстегиваю ряд пуговиц на плаще, а потом его снимаю.

На мне чёрная юбка-карандаш, шелковая блуза без рукавов, но с большим воротом, что застёгивается на манер шарфа, чулки чёрного цвета и шпильки.

Аренский оглядывает меня от острых носов туфель и завершает укладкой волос, что напрягает меня ещё больше, но я не поддаюсь. Прохожу к его столу и усаживаюсь в одно из кожаных кресел для посетителей.

Пока достаю из сумки ежедневник и ручку, меняю тему разговора.

— Изменили интерьер?! Красиво, — вежливо хвалю и, когда блокнот раскрыт на нужной мне странице, смотрю на босса.

Бомба запущена и теперь главное не упасть со стула в результате её взрыва. Я однозначно мазохистка!

Богдан Анатольевич пронзительно и бесконечно долго смотрит на меня. Я на него. Из звуков только равномерный шаг настенных часов, тик- так.