Босс для Алёнушки

Снова бросает папку, и одновременно с этим раздается звяканье задетой бутылки.

Я даже опомниться не успеваю, как она приземляется мне на спину, пребольно ударив по лопатке. И щедро орошает всё платье своим крепко пахнущим содержимым.

- Оййй..! - вырывается у меня шипение, но Лебеда ничего не замечает, потому что сам вовсю чертыхается.

- Тим... - зовёт его кто-то снова, и этот кто-то определенно не имеет ничего общего с густоголосым Артуром Короленко. Слишком непринуждённый и располагающе-приятный баритон.

Я резко выпрямляюсь.

Начинаю спешно ощупывать спину, чтобы понять, насколько все с платьем плохо. И с ужасом понимаю: оно промокло насквозь. Ну и гад же этот Лебеда! Хоть бы пустую бутылку уронил, так нет же - на меня чуть ли не половина ее содержимого выплеснулась. И теперь платье воняет так, будто я весь день не просыхала, блин!

Надо срочно отсюда делать ноги. Очень срочно. Отстирать платье в туалете, потом просушить с помощью сушилки для рук. Точно, так и сделаю.

Я хватаю сумочку и всё так же на корточках начинаю пробираться гусиным шагом в сторону бокового выхода из бара.

- Ща, погодь, - произносит Лебеда под звуки какой-то возни. - Я тут пойло разлил. И бутылку, кажется, уронил...

- Не парься, давай персонал вызову, приберут осколки, - предлагает Бояров.

- Да она вроде не разбилась, звука не слышал.

- Ты мою помощницу не видел? Она должна быть здесь.

- А, Гюльчатай в красном. Да, она где-то у столиков кексы хомячит. Кстати, Вась, у меня вопрос! - Лебеда вдруг хлопает ладонью по барной стойке, и я вздрагиваю.

- Ну видел, а что?

- Я знаю, у тебя глаз-алмаз на женщин. Не знаю, как ты это делаешь, но колись, как по-твоему, может она быть аферисткой или кем-то в этом духе. Хитрой горячей штучкой, от которой у меня будет много проблем в агентстве. Я не могу в это поверить. Как загляну в ее глаза, так крыша сразу едет. Такие бездонные...

- Аферисткой? Эта твоя модель, которая бегает от тебя, как черт от ладана? - Бояров начинает ржать в голос, потом, отсмеявшись, сообщает: - Она такая же аферистка, как я - монах-отшельник.

- А Короленко считает иначе, - ворчливо замечает Лебеда. - И кому верить? Знатоку бабской психологии и бывшему пикаперу или спецу по преступникам..?

Новая характеристика босса занимает мою голову целиком, пока я раздражающе медленно пробираюсь к выходу. Знаток бабской психологии, значит! Вот в чем секрет его сокрушительного обаяния...