Вот ведь блин! Несмотря на то, что босс известный бабник и обращается со мной, как с легкодоступной девицей, его прикосновение безумно волнует и будоражит мою женскую суть. Он что, парфюмом с убойной дозой феромонов пользуется?.."
"— Так как насчёт ужина, малышка? — в его тоне слышится непререкаемая убежденность, что его вопрос — риторический. И ответ будет на сто процентов лишь один: большое и громкое «да».
— Нет! — холодно объявляю я и делаю попытку обойти босса с левой стороны.
Он молниеносно преграждает мне путь.
— Что ты сказала?
— Я сказала, что меня это не интересует.
Я дергаюсь в правую сторону, но и там меня останавливает его рука. Поднимаю на него сердитый взгляд. Тимур Аркадьевич вдруг шумно выдыхает, словно ему жарко.
— Слушай, малышка, ну и глазки у тебя… такими пожар можно устроить. Как тебя зовут?
— Дайте пройти, — требую я, начиная слегка паниковать.
Проблемы на работе мне не нужны, а перспектива стать подстилкой для начальства — тем более.
— Да подожди уже, дерзкая ты моя, давай хоть поговорим… — горячие мужские ладони захватывают в плен мои плечи, не давая сбежать.
Мне начинает казаться, что ещё немного, и домогательства на рабочем месте перейдут в опасно активную фазу. Паническая атака накрывает меня одновременно с участившимся пульсом. Я резко вырываюсь из рук Тимура Аркадьевича, а когда он делает движение, чтобы удержать меня…
…бью его коленом между ног.
Ужас содеянного обрушивается на меня немедленно. Слышу сдавленно-болезненный звук, который вырвался у босса, а сама уже хватаю очки со столика и опрометью выбегаю из комнаты.
Пулей пролетаю по лестнице на два этажа ниже, где находится гардеробная с модельной одеждой прошлого сезона, и забегаю в туалет. Дышу шумно, как загнанная лошадь. В груди колет.
— Уф… ну ты и натворила дел, Диана… — шепчу я, глядя в раковину. Потом поднимаю глаза на зеркало и отшатываюсь.
Там отражаюсь не я. Не Смирнова Диана. Ну точно нет. Я простая девушка, которая уже привыкла быть незаметной.
Без очков меня иногда с натяжкой называли миленькой, но не более.
А сейчас из зеркала на меня смотрит невероятная красавица с огромными прекрасно-испуганными глазищами, в которых можно утонуть.
— Ужас какой, — шепчу я, и красавица в зеркале послушно шевелит соблазнительными губами одновременно со мной. — Вот что с людьми штукатурка от профи делает!
Где-то в коридоре слышатся шаги, и я в бешеной спешке тру лицо, не жалея ни мыла, ни собственной кожи.
