- В честь наступающего Нового Года популярная и любимая многими рок-группа «Морозный клан» решила преподнести вам подарок! Кавер-версию песни «Звери его сердца» исполняет... незабываемый вокалист первого состава группы Матвей Морозов! Встречаем!!!
Все пространство озаряют хаотичные вспышки прожекторов, и в толпе тусовщиков вокруг сцены синхронно гудят одобрительно-ликующие выкрики. И с первыми аккордами отчетливо знакомой и вместе с тем незнакомой из-за новой обработки песни моя душа оживает.
Я чувствую себя... словно растение, которое погибало от засухи, но вдруг было щедро увлажнено свежим грибным дождем.
Издалека, то есть с нашего неудачного ракурса, фигуры членов группы просматриваются так себе, а огромный экран над их головами транслирует пока только крупныи планом талантливые пальцы Морозова, который впервые за долгие месяцы взялся за электрогитару на радость публике.
И мне этого достаточно. Главное - музыка!
Жадно слушаю новый вариант вступления и осознаю: что-то в нем изменилось. Причем в лучшую сторону.
Раньше композиция вызывала у меня впечатление улично-сумасбродного кельтского фолк-рока или даже панка с оттенками скрипки и аккордеона...
А теперь ничего подобного нет.
Со сцены льется самая настоящая флейтотерапия с щадящими слух ударными элементами. Прямо новогодняя сказка для тех, кто устал от обычного рок-треша.
А затем к флейте и ударным присоединяется и золотой голос «Морозного клана», который я обожала с юности.
- Звери, звери, мои звери...
Звери, что живут внутри,
В сердце протоптали двери.
..
Их считаю:
Раз, два, три.
Первый зверь зовётся Болью,
Зверь второй - Печаль-стекло.
Третий травит душу солью,
И рычит: «Любовь - фуфло!»
Звери, звери, мои звери...
Звери, что живут внутри,
В сердце протоптали двери...
Их считаю:
Раз, два, три.
Уходи, принцесса нежная,
Звери ведь сгрызут живьём.
Мне нужна другая - снежная.
Звери льдышке нипочём...
Ух ты, а он реально переделал текст! Раньше там не было никакого упоминания ни нежных, ни снежных принцесс! Интересно получилось.
Внезапно камера за спиной поющего Морозова переключается наконец на трансляцию общей картинки и начинает поочередно приближать для зрителей лица «Морозного клана».
И когда с огромного сияющего экрана на меня устремляются невероятно знакомые синие глаза, я просто каменею.
Вскакиваю из-за стола с лихорадочно бьющимся сердцем и смотрю... смотрю... смотрю на красивое мужественное лицо с живописно небрежной щетиной и холодной усмешкой.
