Босс для Золушки (СИ)

И попутно гадаю, о чем таком секретном зайдет разговор, что его нельзя ни вести в столовке, ни передать через управляющего, ни отложить на потом, после решения более актуальных дел.

В кабинете Царевичева тихо. Офисный ковер глушит шаги, и через полуоткрытое окно слышно чириканье воробьев. Я останавливаюсь возле него, смотрю на улицу и вдруг чувствую движение за спиной.

Быстро оборачиваюсь… и вздрагиваю.

Артём Александрович стоит передо мной так близко, что в его широкую грудь можно носом уткнуться. Он пристально смотрит на меня… так могут смотреть на запертый сейф, до содержимого которого очень хотят добраться.

Я делаю шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами. Мне и приятно, и страшно от такой близости. Он что, всё-таки рассчитывает… поиграть с банальную интрижку с официанткой?

Не надо так со мной. Пожалуйста… нет.

— Катя, — медленно произносит босс и повторяет, словно смакуя мое имя, провокационно и завораживающе: — Катя…

— Что? — еле слышно откликаюсь я.

— Ты не девушка, а сплошная загадка.

— В смысле?

— В прямом. Как смогла такая малышка, как ты, помешать крупной высокой женщине утащить ребенка? Я видел ее на камерах перед зданием «Дворца». Ты бы с ней не справилась, реши она драться всерьез.

— Вы считаете… — от возмущения у меня перехватывает дыхание. — Вы считаете, что я была с ней в сговоре?!

— Была такая мысль, — произносит Царевичев. — Но сейчас ее уже нет.

Он делает шаг вперёд, снова сокращая между нами расстояние. Этим он загоняет меня в ловушку между собой и подоконником."

"Можно, конечно, протиснуться вправо или влево, но это уже будет выглядеть паническим бегством. А мне почему-то кажется очень важным сохранять в его присутствии хотя бы видимость спокойствия. Как перед хищным зверем, чьи инстинкты опасно провоцировать откровенным проявлением слабости.

— Почему нет? — спрашиваю я, пытаясь переключить его внимание на вопрос.

Но моего босса не так-то легко отвлечь. Он с небрежной уверенностью протягивает руку и заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос, скользнув пальцами по моей шее. Кожа мгновенно покрывается мурашками.

— Ты слишком… импульсивная и чувствительная, чтобы скрыть свою реакцию, — говорит он низким тягучим голосом, от которого внутри что-то сладко-сладко трепещет. — Я проверял тебя. И мне нравится то, что я увидел.

Я смотрю на Царевичева во все глаза.