Ещё немного, сладкая… Я начал растирать клитор подушечкой большого пальца, чтобы добавить ещё немного огня… Хотя, казалось, мы и так горели. Сгорая почти до самого основания. Но хочу, чтобы ей было ещё лучше…
Впервые меня так заботит, чтобы та, кто со мной, получала лучшее: ещё больше доза укола удовольствия, ещё откровеннее то, что есть между нами…
Женя выгнулась и задрожала, беспомощно царапая ногтями гладкую поверхность стола. Я чувствовал, что ещё немного — и она кончит. Для меня, пока я в ней. Уже так хочется отпустить и себя, но сначала распробую её удовольствие.
Я двигался ещё и ещё, стиснув челюсти, пытаясь удержаться. Женя жадно хватала воздух ртом, силясь перевести дыхание. Ей хотелось кричать.
— Кричи для меня… — попросил, не узнавая свой ломкий голос.
И в этот момент она кончила, извиваясь подо мной, дрожа всем своим телом. Она сжимала меня собой, выгибаясь едва ли не дугой. Её пятки ударили меня по заднице, словно подстёгивая.
И я вошёл особенно глубоко, чувствуя пульсацию горячего лона, и понял, что больше не могу держаться.
Отпустил себя так, словно взлетел в воздух. Кончал, выплёскиваясь… Понимая, что это большее, чем горячий секс. Это нереальное единение и пульс один на двоих. И рваное дыхание… И невозможность даже крикнуть.
Хватаешь воздух и силишься вытолкнуть звуки, но не получается. Ослепительная нирвана экстаза. Чувствую всей длиной члена отголоски её повторного оргазма. Понимаю, что улыбаюсь… Просто без причины. Не могу сдержать улыбку и пьянею от того, что и Женя улыбается мне в ответ.
Тянет меня на себя, остервенело целуя, дрожит и что-то говорит. Слов не разобрать. Так же трясусь в ответ и жадно вылизываю изнутри весь её ротик.
Мы пахнем сейчас почти одинаково. Я пахну ей, а она пахнет мной.
Это прекрасно и так правильно, что срывает планки благоразумия напрочь…
Глава 19. Евгения
После бурной разрядки Никита подхватил меня на руки и отнёс в спальню, бережно уложив на кровать. Длинные мужские пальцы начали выписывать замысловатые узоры на моей коже.
— Женя?..
— Да, — отозвалась я, млея от приятной, едва ощутимой ласки.
— А как ты будешь называть ребёнка?
— Что? Я ещё об этом не думала… Наверное, подумаю об этом потом. Если будет результат, конечно.
— Ты же сказала, что уверена…
— Это не уверенность, Ник. Это какое-то почти сверхъестественное знание, вот. Я очень долго хотела стать мамой и сейчас просто знаю, что всё получится. Или нет… Тогда ничего абсолютно не будет вообще.
Пальцы Никиты замерли.
