А с другой стороны… Маме-ли не знать, как работа заменяет всё личное, и ставит его в лист ожидания…
“Ой, милый, сходите с Крис сами в зоопарк!”
“Ой, свидание? Ты такой дурашка, конечно, ну… завтра ок?”
“Ой… ну я не могу сделать тебе массаж, может запишем тебя в спа?”
Кому, как не мне, знать, что это всё не “период”. Это — навсегда.
— Да, у него аврал на работе. Проект, по которому мы как раз и ездили в Крым.
Он важный и там… сдавать срочно…
— Чёрт, Кристина, — качнула негодующе головой мама. — Милая, тогда, во-первых, тебе и правда пора мозги в кучу собирать. Во-вторых, себя в руки брать. В конце-концов он рядом и было бы желание ты нашла как с ним увидеться. Поверь, если чувства обоюдные, он оценит. И не прогонит! Это с моряками сложнее или военными на строгих, закрытых объектах. А у тебя не проблема — так, надуманная херотень! Я думала, у него другая… свадьба на носу… И то, — отмахнулась, — разве кто-то может с тобой сравниться?
— О да, — фыркнула я, не разделяя такого материнского ободрения.
— Уж такую поискать.
Невольно нашла своё отражение на стеклянной поверхности духовки и поёжилась. Баба какая-то, а не девушка-Кристина.
— Поискать! — настаивала мама, и не было в её тоне ни капли желания меня ублажить или выказать женскую родственную солидарность. — Ты хоть понимаешь, что редкая женщина найдёт общий язык с чужим ребёнком? Уже довольно взрослым и понимающим реалию жизни.
И не просто ребёнком с улицы, а мужчины, который тебе нравится? И тут дело не в твоей симпатии к ней, а обожании тебя Леркой! Это дорого стоит! Да она ни о ком не говорит, как о тебе! — тараторила с восторгом мама. — Так что подъём! — ладошкой по столу. Я опять вздрогнула, и… да… прямо-таки очнулась от неутешительных дум. — Работа — не работа! Она, су*ка, подневольная и легко сдвигаемая, главное знать в какую сторону толкать. А вот ты, моя хорошая, быстро умылась, красоту навела… И эти, — пальчиком на губы мои указала, — нарисую так, чтобы и водителей слепила красным.
Пусть останавливаются и нас пропускают! Пройдёмся по магазинам! Придумаем в чём пойдёшь к своей горе?
— А я пойду?
— Ещё как! — кивнула мама. — Магомед заработался, горе не сложно придвинуться, — подмигнула заговорщически."
"— Мам, он так занят… — мне не нравилась идея и очень. Вот чего не желала, навязываться и быть помехой.
