— Мне хватает даже того, что ты коснулся моей девушки и позарился на мой бизнес.
— Твоя? — хохотнул Макс. — Эт которая не от мира сего, а заодно развратная невинность? О, я такая не любительница секса, но при этом так хочу… ох-ре-ни-тель-но, — Макс перекинулся через стол и поморщился.
Сильно же Крис его задела…
Я проигнорировал реплику, потому что растрачивать себя на глупые слова — бессмысленно. Ни ему ничего не докажу, ни себе. Вместо это кивнул Сэму, и он тотчас дал ход видео: на плоском телевизоре комнатки замелькали кадры, которые мне переслал Олег, ну и для разнообразия Тоня расщедрилась и добавила для коллекции несколько порно подборок в исполнении Ветты.
Не с участием Вадима и Макса, но судя по злому взгляду Максима, его это ка краз и задело.
— Это монтаж, — махнул парень, а Вадим продолжал молчать. ОН знал, что мне плевать на оправдания. Да и вообще не нужны какие-либо слова против. У меня есть свои мысли на сей счёт. И что немаловажно, в данный момент они в моих руках.
Да, на видео слов не слышно, но картинки красноречиво показывали, что мой ЗАМ общается с МОИМ врагом.
МАКСИМ тоже с ней был связан… Их разговор в клубе, урывки которого были записаны совсем недавно… И всё это — когда происходят закулисные войны. Здесь никому нельзя было косячить. Хочешь доверия — будь кристально чистым.
— Да на хер идите! — Макс не скупился на выражения, но умолк, когда к нам присоединилась Ветта.
Вадим и Ветта в глаза друг другу не смотрели, только Кравцов затявкал о разбитых мечтах, сердце… Смехотворно как-то, по-детски.
— Ладно, он, — я кивнул на Макса, — но ты, Вадим, — мы же давно работаем… Что не так?
Вадим не улыбался. Он вообще весь скандал молчал. Поднял на меня глаза:
— Скучно было, а она обещала веселья и движуху.
Это убило. Неужели и впрямь никому нельзя верить?
— Поздравляю, — бросил ему пакетик с белым порошком, почему-то уверенный, что это его. — Веселиться тебе теперь в свободном плаванье, — уже в своих тягучих мыслях. — Рекомендацию дам такую, что тебя никто не возьмёт из знакомых.
Хотя, — я закивал, — думаю Ветта найдёт куда тебя пристроить повеселее, а я сделаю всё, чтобы о твоём поступке стало известно, как можно большему количеству народа, — не угрожал, говорил, как думал, да и надоело уже стараться быть нейтральным. Меня это коснулось и так, что едва на задавило. Значит и я буду по возможности таранить.
— Я не прощаю подстав. Ты этого мог ожидать. И твоя главная ошибка — ты покусился на ту, кто мне близок и дорог.
