— Они меня подставили! Почти уничтожили всю мою работу, а Кирсанов подло выкрал мои наработки! Теперь я прыгаю на задних ролях и питаюсь мелочевкой, а он, сук*, жирует… — шумно перевёл дух. — Не смей верить ни Кирсанову, ни его ушлёпку-партнёру. Они гандоны продажные. И если забудешь об осторожности, на глотку твою наступят, тебя прожуют и выплюнут за ненужностью! Я не просто так Кирсанова назвал МОНСТРОМ! Он — самый что ни на есть монстр!
Я имела свою точку зрения на этот счёт, но с мнением не полезла, ведь то, как увидела Игоревичей в квадрате, как раз походило на то, о чём говорил Макс — вполне нормальные люди.
Стало быть, озвучь я хоть что-то — сразу получу ещё большую порцию агрессии от жениха. Ко всему прочему ядерную нотацию по поводу моей полной некомпетенции и неискоренимой наивности.
Потому упорно молчала и выслушивала бурю Кравцова. А она разыгралась не на шутку, грозясь вылиться в цунами эпического масштаба.
— Если я верну свои эскизы, — более спокойно, но по-прежнему решительно звучал Макс, — смогу убедить клиента вернуть меня в проект! Мне это нужно! НАМ! — давил на больное, и в особенности на мою совесть.
— Но я сам не могу! — тональность сменилась на осторожно напоминающую. — Ты же понимаешь. Кирсанов меня и на порог офиса не пустит. А вот тебя… Он не знает! Если ты мне поможешь, у нас будет ясное будущее. Блестящее, и огромные перспективы! Так что хватит хандрить и нюни пускать, помни, я только на тебя могу рассчитывать! — эту песню слышала не в первый раз. И речь его знала наизусть.
Даже в точности могла сказать, в какую фразу Макс вставит ругательство, мат… В какой момент пристыдит меня, мол, я вот такая нерасторопная неумеха, неблагодарная идиотка. Он для меня всё, а я… даже пустяк провалила.
— Или ты моей смерти хочешь? — продолжения ожидала, поэтому ничего в своё оправдание не говорила. — Тебе понравилось меня откачивать? — риторически, но с вызовом, чтобы побольнее меня ужалить. — Что ж милая, в следующий раз такое не прокатит, — категорично заявил с едким смешком.
— Если желаешь от меня избавиться, лучше сразу пошли, да подальше. Так будет менее болезненно… для нас всех! — поставил жирную точку. Я лишь тяжко выдохнула. Иногда мне казалось, ему доставляло искреннее удовольствие напоминать тот жуткий вечер несколько месяцев назад, когда он подловил меня на “согласии” ему помочь."
"Макс пришёл домой убитый, едва ли не в прямом смысле слова. Вернее не пришёл, а дохромал, доковылял… придерживаясь стеночки.
