Ботан

— Ты сказал, что все нормально и шансы высоки, так какого хуя это только что было? — не слыша меня, продолжал он высказываться.

— Стас! — чуть громче попробовал я, без толку.

Взял его за руку и резко потянул в низ. Он от неожиданности громко грохнулся на стул."

"— Если ты не перестанешь орать всеми возможными матами, то мне придётся вытаскивать тебя из обезьянника.

Его ошарашенное лицо стало мягче и красные пятна злость стали спадать.

— Извини, — тихо сказал он мне. — А ты сделай все, что хочешь, но что бы мелкую отдали нам.

О, Господь! Пороховая бочка, ей богу.

Нет, то, что он так борется, очень радует, он сам к Миле прикипел. Но тут везде камеры напичканы и обернётся это явно не в нашу пользу.

— Пошли, — приказал он, я встал со стула и шёл за ним молча до самой парковки.

— В воде что-то было, да? — удивительное спокойствие наполнило каждую клетку, и сердце уже не так громко стучало.

— Да, — открывая дверь и садясь в машину, ответил он.

— Что мне делать, Стас?

Он вырулил с территории судебного учреждения.

— Нам. Что нам делать, — нервно посмотрел на меня. — Сколько раз повторять?!

— Я на нервах, мог бы и не упрекать в оговорке.

— Это не оговорка. Ты мне не доверяешь. Ты ведь думаешь, что в один день я поступлю с тобой по-свински. Так?

Я отвернулся.

Думаю! Я и сам бы с радостью избавился от этих мыслей, но они все лезут в голову, не давая покоя. Откуда мне знать, что завтра Стас не перейдёт кому-то дорогу, и он пошлёт меня в одно место?!

77

— Я, собственно, так и думал, — сделал он вывод из моего молчания.

— Прости, но… — договорить я не успел, так как автомобиль резко вырулил вправо и затормозил.

— Тём, — развернулся ко мне и взял моё лицо в ладони, — такое больше не повторится. Я никому не позволю встать между нами. Чего бы этого не стоило. Сдохну, но больше ничего подобного не наговорю.

— Сдохнуть не надо, иначе я тебя убью.

Он усмехнулся.

— Ты меня понял?

Я кивнул.

— Выкинь эту хуйню из головы раз и навсегда.

— Попробую.

Мне самому хочется. Я не виноват, что обидные слова, которые он сказал мне в больнице, как заезжая пластинка проносятся в моей и так напичканной проблемами голове.

— Без попробую. Обещай, что здесь и сейчас эта тема закрыта, — потребовал он.

— Хорошо. Обещаю, — дал слово и себе, и ему.

— Молодец, — поцеловал в губы страстно. — Я уже думал, что придётся донести до тебя ремнём.

Внизу живота тут же сладко потянуло.