Папаша тогда даже храмовника вызывал, ведь кто должен бороться с нечистью, обитающей старых замках, на кладбищах, и в других богоугодных местах? Конечно же храмовники, и лучше всего из Храма Создателя. Всегда лучше приглашать главного специалиста, а не сотрудников его многочисленной бригады. Не из Храма Любви, и не из храма покровителя кузнечного мастерства — сразу их непосредственного начальника.
Но только ничего у них не вышло. Храмовник ходил по коридору, важно распевал молитвы и рассказывал, что против настоящего, верующего в нашего Создателя человека ни один призрак не устоит — особенно если побрызгать Слезами Господними (В роли Слез выступало оливковое масло, освященное в алтаре храма).
В конце концов, он был вынужден бежать от гнусного призрак, и запах от храмовника шел совершенно отвратный. Вот не надо было ему плотно питаться перед этим самым сеансом экзорцизма. И бежать трудно, и последствия неудавшегося экзорцизма уж больно получились вонючими. Говорили, что его потом отправили в отставку — за действия, позорящие честь служителя Храма.
И что он сделал позорящего? Все естественно, все по природе.
Уже уходя из замка Храмовник заявил, что бессилен против адской твари, которую не берут даже Слезы господни, и что он настоятельно рекомендует не ходить в этот мерзкий коридор. Правда деньги за освящение и экзорцизм все-таки взял. Работал же! И ведь не просто так, ради бога деньги берет."
"В общем — отвадил я желающих прохаживаться по Черному Коридору, и теперь никто не сможет услышать сквозь стену, как я постукиваю чугунным пестиком в чугунной же ступке.
Прежде чем сделать снадобье — растение ведь надо высушить и растолочь.
Вот и сейчас — мне нужен был абсолютно сухой порошок, такой сухой, такой мелкий — чтобы при выбросе в воздух он висел в нем как утренний туман. Некоторое время висел.
Я нажал камни в определенном ритме, дверь развернулась, пропуская меня в тайное помещение, и повинуясь моим рукам снова закрылась, образовав со стеной ничем не отличающийся от кладки рядом монолит.
Даже на ярком солнце вряд ли кто-нибудь без специальных приспособлений типа лупы смог бы найти тонкую щель-шов. А может и с лупой бы не нашел.
Войдя в потайную комнату, сразу же отправился к тяжелому грубому столу, сколоченному из толстых досок и брусков. Альгису стоило больших усилий перетаскать эти доски в лабораторию, а потом сколотить из них этот…то ли верстак, то ли лежак, то ли…не знаю, как его назвать — главное, что он исполнял свое предназначение.
