Ботаники не сдаются

— Как это?

— А вот представь дерево и то, как на нем растут ветви. Расползаются в стороны, образуя широкую крону. Сегодня ты нарисовала рисунок этих ветвей, а через время взяла ластик и кое-что стерла, чтобы на освободившемся месте нарисовать новые — более совершенные и красивые линии. Ведь у тебя теперь есть опыт и знания, и ты наверняка знаешь, как сделать это дерево безупречным. Так и мозг. Зачем ему расти, если он способен усовершенствоваться? Именно поэтому каждое новое поколение рождается способнее предыдущего.

— А как же инопланетяне?

— Ну, во-первых, даже если принять факт их существования, мы не знаем на самом деле, какого размера их головы. И вообще, есть ли они у них, если на то пошло.

— Но ведь есть свидетельства очевидцев? Я сама видела фотографии гуманоидов в передаче. И даже их детей.

— В этом нет ничего удивительного, Ляль. Человек если захочет, способен поверить в невозможное, его всегда волновало непознанное и непонятное. Но есть наука, и наука говорит: что фактов, доказывающих существование инопланетян — нет.

— Да? — Лялька расстроено вздохнула. — Совсем?

Выражение лица сестры подсказало мне, что мой ответ для нее сейчас очень важен.

— Обоснованных и научных — нет.

— Странно. А я вот верила.

Я поставила рюкзак в низ стола, подошла к кровати и села на ее край.

— Оль, ты чего? — взяла Ляльку за руку. — Что с тобой?

Голубые глаза удивительной чистоты взглянули на меня и моргнули.

— Кать, скажи честно, я очень глупая, да?

— С чего ты взяла?

— Да хотя бы с того, что верю во всю эту чушь.

"— Ну, знаешь, даже чушь однажды может оказаться правдой, так что ничего в этом зазорного нет. Ты просто доверчивая, вот и все. Вспомни Галилео Галилея и его закопчённое стекло. Как же над ним смеялась университетская братия!

Лялька с недоумением приподняла брови.

— Над стеклом? А что в нем было смешного?

— Э-э, нет, не над стеклом, Ляль. Над тем, что Галилей с его помощью доказал. Ну, то, что это Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот. Это им показалось очень смешным, — я улыбнулась и сама хохотнула при мысли о такой нелепости.

Лялька продолжала смотреть с ожиданием, и улыбка медленно сползла с моего лица. Озадаченно покусав губы, я отмахнулась.

— Да ладно! Ерунда это все и неважно на самом деле. Подумаешь!

Олька сползла с постели и я, не удержавшись, чмокнула ее в щеку. Такой расстроенной я давно младшую не видела.

— Спасибо, Кать. Пойду к себе, — сказала мне, направившись к двери. — Стукни, когда пойдешь ужинать, я с тобой.