Божья коровка

 — Сколько людей с ними ходит.

— Все так говорят! — вдруг взорвался Сергей. — Видел я эти деревяшки, мне их показали. Великая радость — ковылять на протезе. Что родители скажут? Отправляли служить сына здоровым, а вернулся инвалид на одной ноге. Я им о ранении не писал — не хочу расстраивать. Мать тут же прилетит. Не хочу видеть ее слезы. Лучше бы меня убили!

«Тяжелый случай», — подумал Борис.

— 8 марта на заставе хоронили погибших пограничников, — промолвил, медленно цедя слова. — Володю Шушарина, Витю Егупова, Сашу Ионина, Володю Изотова и Сашу Шестакова.

Привезли ребят и со второй заставы. На похороны прибыли их матери. Я видел, как они стояли на коленях перед гробами и рыдали. Думаешь, твоей матери было бы легче оказаться там? Для нее главное, что сын живой, а с одной ногой или двумя не так уж важно. Это раз. И второе. Ты ведь собирался стать филологом. Отсутствие ноги этому нисколько не мешает. Более того. За бой 2 марта тебя представили к ордену. А теперь представь: ты поступил в университет и приходишь на первое занятие с боевым орденом на пиджаке. Да все девушки своих парней забудут. Потому, что те пока еще ни то ни сё, ну, а ты уже герой.

— Орден не заменит ногу, — набычился Сергей. — Плевать мне на эту железяку!

— Отставить, рядовой! — вызверился Борис. — Не смей так говорить про солдатские награды. Эти, как ты изволил выразиться «железяки» кровью политы. Что на Великой Отечественной войне, что на Даманском. Когда люди видят человека с боевым орденом на груди, они понимают: перед ними герой.

Этой «железякой» еще твои дети гордится будут, да и внуки — тоже. Потому что их отец и дед защищал страну, не щадя своей жизни. Понял, нытик?

На какое-то время в палате воцарилась тишина. Молчали два друга, не решились ничего сказать и соседи Сергея по палате. Все находились под впечатлением горячей отповеди Бориса.

— Ну, ты и сказал! — внезапно улыбнулся Сергей. — Дети, внуки… У меня даже девушки нет.

— Как вернешься в Минск их будет вагон, — обнадежил Борис. — Мать шваброй от двери станет отгонять.

Бить по задницам, приговаривая: «Кыш отсюда! Налетели как мухи на мед».

Сергей захохотал. К нему подключились соседи по палате — всех развеселила нарисованная старшиной картина.

— Тебе гитару привезли? — спросил Борис, когда все закончили смеяться.

— Да лежит в кладовой, — сообщил Сергей. — Играть не было настроения.

— Забери, — сказал Борис, мысленно отметив это «было». — Я тут песню сочинил в честь ребят погибших на границе.