Божья коровка

Широко известен за ее пределами. В сложнейших случаях добивался смягчения наказания подсудимых, а то и вовсе оправдания, что большая редкость. Он бывший фронтовик, был ранен под Москвой, потерял там ногу и ходит на протезе. За подвиг награжден медалью «За отвагу» и орденом Красной Звезды.

— Всегда их надевает на процесс, — дополнил Эдуард Аркадьевич. — На судей это производит впечатление. Другим ходатайства бы отклонили, а ему не возражают. Законы знает на зубок, как и постановления Верховного Суда.

— Возможно, — Борис пожал плечами. — Солдатом был хорошим. Пусть сам решает. Не важно кто ты, главное — чтоб дело нравилось.

— Да вы мудры не по годам, — улыбнулся гость. — Кем были до призыва?

— Грузчик в магазине, — сказал Борис. — Мать рано умерла, отца и вовсе не было. Так зарабатывал на жизнь.

За столом сконфуженно умолкли.

— Давайте я спою вам, — предложил заметивший это Борис. — Светлана, принеси гитару.

Спустя минуту он подстроил струны и взял аккорд. Пальцы левой руки еще не восстановили полную подвижность, но простую мелодию он вытянет.

Эту песню на стихи Леонида Филатова Борис очень любил в прошлой жизни. Но здесь не исполнял — как-то не случилось. Но вот настал момент.

Последнюю строчку этого куплета Борис изменил. В оригинале было: «На богатого и пожилого». Ему это не подходит.

Он не заметил, как пригорюнились сидевшие за столом женщины, а из глаз матери Сергея выкатились слезинки.

Трамвай, постукивая колесами на стыках рельсов, подкатил к остановке «Площадь Якуба Коласа». Отворились двери, и наружу стали выходить пассажиры. Те, кто ждал трамвая, потянулись к задней. Заходя в вагон, они покупали билет у кондуктора и шли дальше по проходу, занимая освободившиеся места. Вместе с ними по ступенькам поднялся старшина-пограничник с вещевым мешком за плечами. В правой руке он нес рюкзак. Встав возле кондуктора, старшина примостил его на пол и полез в карман.

— Срочникам — бесплатно, — сообщила женщина. — Или вы сверхрочнослужащий?

— Нет, — ответил старшина.

— Вам билет не нужен, — довела кондуктор. — Проходите дальше.

Старшина кивнул и отправился вперед. Посреди вагона он занял место у окна, бросив под ноги рюкзак. Расстегнул шинель у воротника и стал смотреть на проплывающие мимо городские виды. Так и просидел, пока трамвай не прибыл на конечную остановку.