Божья коровка

С минуту полежала, вспоминая все, что произошло между ней и Борей. На душе у нее было светло и радостно.

— Где ты была? — спросила Аня, когда Клава подошла. — В общежитие не пришла. Я переживала, собиралась в милицию звонить.

— Ну, и зря, — улыбнулась Клава. — У любовника ночевала. Ты прости, что не предупредила, неожиданно все случилось.

— Кто он? — вытянула шею Аня.

Клава замялась. Рассказать ей правду неудобно — ведь связалась с пацаном. Аня никому, конечно, не расскажет, но придется объяснять… Дальше все случилось мимо ее воли.

Из подсобки вынырнул Борис и поставил перед Аней две картонные коробки.

— Принимай печенье, — сообщил продавщице и, заметив Клаву, обратился к ней: — Приветик! Ключик принесла?

— На, держи! — Клава протянула ему ключ.

— Что ж, до скорых встреч!

Он послал ей воздушный поцелуй и, забрав ключ, убежал в подсобку.

— С ним? — Анины глаза поползли на лоб. — Ты с ума сошла, подруга! Он же малолетка.

— Ничего не малолетка! — раздраженно возразила Клава. — Первого июля будет восемнадцать.

Я его не соблазняла, сам зазвал. Ну, и чтоб ты знала… — не сдержавшись, вывалила Ане: — Хрен у этой малолетки до колена. И работает он им так, что я пищала. Кончила двенадцать раз.

— Брешешь! — Аня покачала головой.

— Ни фига себе! — сказала Аня.

— А еще он нежный и заботливый, — сообщила Клава. — Напоил меня и накормил, перед этим в ванную отвел. Полотенце дал, халатик. Я намылась, наплескалась от души. Постиралась заодно — он ни слова не сказал. Хорошо, когда у парня есть квартира.

— Это да, — кивнула Аня.

— Ладно, мне пора, — сказала Клава, повернулась и ушла. Анна проводила ее взглядом. Если б Клава оглянулась, этот взгляд ее б насторожил. Но она не оглянулась…

С каждым днем, прожитом в новом теле, Николай все больше отдалялся от того, погибшего в Попасной, капитана. Он уже не оборачивался, когда слышал возглас: «Коля!», потому что звали не его. Постепенно, но ушли из снов жена и дочка, их он вспоминал все реже. Прошлое отплыло, как корабль, затерявшись в дымке.

Николай-Борис жил новыми заботами, и одной из них стала жажда секса. Прежний Лосев позабыл о ней давно, но не в том смысле, что уж более не мог. Раз в неделю или две уделял внимание жене, но вот так мечтать о женщине с рассвета до заката… Ну, так возраст у него какой?

Это досаждало. Разумеется, он знал, как сбросить напряжение, но такой процесс его не привлекал. Пацану, не знавшему женщин, это еще кое-как, но женатому мужчине не кошерно.