Божья коровка

— Кто-то из моих? — вздохнул Каманин.

— Чей-то член семьи? — предположил Каманин.

— Их тоже проверяли, — сказал Цуканов. — Не подтвердилось. Как я уже сказал, письмо довольно необычное. С одной стороны, его автор молод, о чем свидетельствуют характерные особенности почерка и экспрессивное изложение фактов. Не слишком образован — в письме есть ошибки. Но одновременно проявляет глубокое знание предмета и мастерство анализа сложившейся ситуации. Как такое может сочетаться? Специалисты развели руками. И еще одна особенность.

Он употребляет слова и выражения, незнакомые филологам. К примеру, это… «долбодятлы». Хотя смысл его понятен.

— Да уж, приложил! — кивнул Каманин.

— А еще «натягивать сову на глобус», — продолжал помощник. — В буквальном смысле — это издевательство над полезной птицей. Но посыл тут иной — делать глупости, или заниматься чепухой. Короче, выйти на автора не удалось. Письмо смогли проследить до почтового отделения Белорусского вокзала, а там такой круговорот людей… — Цуканов махнул рукой.

 — Так что это поручение Леонида Ильича я выполнить не смог. Но еще он просил меня дать заключение по существу изложенных здесь сведений, — помощник указал на лежавшие на столе листки. — Что скажете, Николай Петрович?

— Позвольте, я напомню, — вздохнул Каманин: — После гибели Комарова, чтобы сохранить стране первого космонавта, Гагарина отстранили от космических полетов. Но тем самым увеличили вероятность его смерти. Гагарин военный летчик, а у них ЧП нередки. И техника подводит, и сложных обстоятельств при выполнении полетов больше.

Запретить Гагарину летать? Но ведь он ездит за рулем автомобиля, и гоняет на своей «Матре», которую ему французы подарили, на высокой скорости. Несколько раз попадал в аварии. Запретить Гагарину водить машину? Пусть на службу на автобусе добирается? Но ведь пассажиры в дорожных происшествиях тоже гибнут. Все эти запреты не имеют смысла, и выглядят издевательством над первым космонавтом. Гагарин молод, любит космос и хочет продолжать полеты, на что указывает автор письма. Что он предлагает? — генерал взял листок со стола и поднес к глазам. — Прошу вас, дорогой Леонид Ильич, верните Юрия Алексеевича в космонавты. Так будет лучше всем — ему и СССР, — Каманин сделал паузу и положил листок на стол. — Я с этим полностью согласен.

— Готовы отразить все это в докладной для Леонида Ильича? — спросил Цуканов.

— Готов, — кивнул Каманин.

— Займитесь, — помощник собрал со стола листки и спрятал их в папку.