Торжественность момента, не испохабленная даже Связистом, была безвозвратно испорчена, и Лукас, отвесив шутовской полупоклон, принялся читать. Перстень-переводчик без проблем справлялся с заковыристым документом, а вот у слушателей и самого чтеца уши начали сворачиваться в трубочки еще на первой странице депеши.
— «К милосердию вышнему взываем, на вас уповаем, о Величайшие, осиянные Светом Творца — и еще семнадцать эпитетов. — Тьма спустилась на наши души, плачут наши сердца кровавыми слезами и трепещут в смертном ужасе, ибо во мраке блуждаем мы.
Беда, постигшая цветущее и благословенное основателем Мадрагаль-ги-Хуэло Арасена Морон Фронтера и пресветлым Алаэхосом Альфамбра Мунера Бразом Королевство Ильтария Саладонья Хабра-Суэхим, безмерна…»"
"Спустя три листа сетований, бесконечного перечисления длинных и абсолютно непроизносимых имен знаменитых предков и разного рода просьб о помощи, изложенных в безумно изысканном причудливом стиле со все возрастающим числом эпитетов, метафор и гипербол, кое-что начало проясняться.
Не лишенное интеллекта общество, продираясь сквозь эти рукописные дебри, смутно начало подозревать о сути обращения. Оказалось, в Ильтарии за короткий срок бесследно исчезли практически все крупные библиотеки государства, в том числе и королевская. Никаких улик, никаких обоснованных подозрений, но налицо смятение, близкое к панике, в высших слоях светского общества и жречестве, ибо среди пропавших текстов было много древних и весьма опасных.
Еще спустя пять листов обращение неожиданно, как всякая пытка, но, ко всеобщему облегчению, все-таки кончилось.
— Прослезились? — ехидно поинтересовался Лукас, с трудом переводя дыхание, — или прочесть еще разок сами желаете?
— Обрыдались, — мрачно констатировал Рэнд и спросил у потолка, где предположительно витал Связист: — А Совету богов за вредность доплачивают? Если они вынуждены регулярно читать это, я буду молиться об их душевном здоровье и соответственно о благополучии миров.
— А кто тебе сказал, что они это читают? — хмыкнула Сила. — Зато теперь читать и вникать в это — ваша работа.
— Тогда пусть кто-нибудь помолится и о моем здоровьице. Как насчет Ирилии, Мири? Она душевнобольных врачует? — всерьез озаботился вор.
— Врачует, — с благостным выражением на лице успокоила его целительница, складывая ладошки цветком — символом своей покровительницы. — Богиня призревает больных с любым недугом.
