Онлайн-библиотека книг
Она подбежала к окну, распахнула его и вышвырнула серьги. Я физически ощутила, как меня обдало морозным холодом, словно в лицо бросили горсть снега, а потом все пропало. И столовая, и самозванка.
Связь прервалась и, похоже, окончательно.
Я снова лежала одна в темноте, покрываясь липким холодным потом и не в силах пошевелиться. Меня била дрожь, а по щекам текли слезы. Чувство безысходности накрыло с головой, и я окончательно погрузилась в отчаяние. Было страшно, что так и умру здесь, никем не найденная. А ещё обидно, будто меня предали самые близкие люди.
Вот такой, похоже, бесславный конец у моей истории. Я думала, что хуже, чем быть женой гоблина, уже ничего нет, а оказалось…
Ещё и Эриш. Как все мужики. Слепой, недалёкий, неразборчивый, а все остальное — напускное. Обёртка. А ведь я думала, что он… Мне казалось… Я надеялась…
Обессиленная не только физически, но и морально, в какой-то момент я провалилась в полудрему.
Ни с того, ни с сего раздался грохот, вынуждая меня все же разлепить веки. Оказалось, это отлетела дверь, ударившись о стену. А на её пороге стоял Эриш.
— Рон Эриш… — прошелестела я, не веря своим глазам.
Он в два шага оказался около меня и подхватил на руки. Суровое выражение лица никак не вязалось с беспокойством в его взгляде.
— Я же просил вас не играть в сыщика, ронья Варвара, и заняться чем-нибудь другим, — произнёс он каким-то осипшим голосом и стремительно направился к выходу.
Глава 19
На улице холод сразу пробрался под тонкое платье, и я теснее прижалась к Эришу. Он быстро усадил меня в свой экипаж, снял пальто и накинул его на меня, согревая. Потом достал из кармана пузырёк:
— Выпейте. Вам станет легче.
— Что это? — слова по-прежнему давались с трудом.
— Считайте, лекарство, — герцог поднёс его прямо к моим губам и почти насильно влил в меня.
Эриш сел рядом и притянул к себе, обнимая и укладывая мою голову себе на плечо. И я покорно прильнула к нему, испытывая уже давно забытое чувство защищённости и спокойствия.
— Как вы меня нашли? — спросила, закрывая глаза.
— Позже, — он приложил палец к моим губам, заставляя молчать. Лёгкий, осторожный жест с налётом нежности, от которого по телу разбежались приятные волны.
