Уговорить Дормора уйти? Как я должна это сделать? Этот непрошибаемый дракон скорее сдохнет, чем отступится от своей цели. Только если… не достигнет ее.
— Эй, отведите меня в комнату Гвен, — воодувленная своей жалкое идеей, обратилась к стражнику.
Тот смерил меня хмурым взглядом, но отказываться не стал. Видать, приказа не подпускать меня к невесте наследного принца не было. Да и слухи о нашей с ней нежной дружбе не слышал только глухой.
Коридоры дворца растянулись передо мной, величественные и мрачные. Я шла к комнате Гвен, чувствуя себя так, будто перескаю поле боя.
Меня терзали сомнения: послушает ли она меня? Но выхода другого не было. Если кто-то и мог повлиять на черного дракона, так это его возлюбленная.
Ведь она буквально воплощение идеала — добрая, нежная, воспитанная и… раздражающе безупречная.
Я остановилась у двери её комнаты, выдохнула, чтобы немного успокоиться, и постучала. Голос Гвен донёсся изнутри, певучий и доброжелательный:
— Войдите!
Я открыла дверь и замерла. Гвен сидела на массивной тахте, окружённая множеством цветов и тканей.
Перед ней на столике лежали образцы тканей, ленты и украшения. Она что-то набрасывала в блокноте, склонившись над бумагами с видом художника, который вот-вот закончит шедевр.
Она подняла голову, заметив меня, и её лицо осветилось радостью.
— Хелен! Как я рада тебя видеть! — воскликнула она, вставая, чтобы обнять меня. Будто и не помня о том, как я ей нахамила в прошлый раз. — Поможет выбрать цветы для оформления зала? Ларс настаивал на розах, а я думаю над лилиями.
Как считаешь, что лучше?
Я чуть не отшатнулась. Объятия? Вот это поворот. Неужели она прочла мое письмо с извинениями? Тогда почему никак не отреагировала?
Нехотя позволила Гвен заключить меня в свои мягкие, цветочные объятия. И после того, как она наконец отлипла, я сказала, как можно доброжелательнее:
— Гвен, я тоже рада тебя видеть. Но, честно говоря, я пришла не ради твоих цветов и лент.
Её улыбка слегка померкла, но она тут же вновь засияла.
— Что-то случилось? — спросила девушка, наклоняя голову.
Её голос был мягким, но я уловила нотку беспокойства.
Я глубоко вдохнула. Разговор не будет простым.
— Нам нужно поговорить о твоём бывшем. О Кхагаре, — сказала я."
"Её лицо мгновенно изменилось. Улыбка исчезла, а в глазах появилась настороженность. Она опустилась обратно на тахту, жестом предлагая мне сесть напротив.
— А что о нем говорить? Он — чудовище, — её голос звучал спокойно, но я видела, что тема её задела.
