Сиделка вздохнула и, прижимая ладонь к груди, чуть не со слезами проговорила:
- Добрая у вас душа, маленькая госпожа. Дай вам Господь хорошего мужа!
Берта сама, лично, ещё до того, как расплатиться, вынесла отрез на улицу и внимательно рассмотрела каждый сантиметр, объясняя недовольному продавцу:
- А ну как посередь брак какой обнаружится? В темноте не разглядим, а потом баронет с меня же и спросит!
Впрочем, ткань оказалась качественная. И, добавив тесьмы на отделку, мы отправились домой. Там дядюшка уже ожидал нас в холле и забрал оставшуюся сдачу – шесть медных монет.
Швея из меня была средненькая, но и крой местных платьев не представлял ничего сложного. Вместе с сиделкой мы достали из сундука совсем уж потёртый туалет, примерили на меня, а потом аккуратно распустили на детали, превратив их в части выкройки. Дальше оставалось только сидеть и аккуратно сшивать между собой куски ткани. Работа небыстрая, нудноватая, но не тяжёлая. За день до прихода гостей Берта отправила меня показаться в новом платье дяде.
***
Гости дяди прибыли все одновременно. Я наблюдала за ними через окно на втором этаже. Сегодня с утра на кухне стоял дым коромыслом. Даже утренняя каша была чуть пригоревшей. Кухарка не уследила: готовила праздничный обед.
Я забежала на кухню незадолго до прибытия гостей, просто из любопытства. Мне хотелось понять, какие именно блюда считаются здесь праздничными. Никаких салатов или зелени на стол подавать не предполагалось. Зато в духовке на противне запекался огромный кусок жирной свинины, нашпигованный чесноком и усыпанный приправами, так, что самого мяса было почти не видно.
Под полотенцем на столе «отдыхал» огромный пирог с румяной корочкой, а в кастрюльке ждали своего часа два десятка яиц.
- Я их отварю, горячими почищу, потом вилкой разомну, не шибко мелко, госпожа. А вот тут в кастрюльке у меня соус из масла и вина. Вот этим соусом я яйца полью и к мясу подам! – в голосе поварихи звучала гордость за такой, как она выразилась – «деликатный» рецепт.
На сладкое был испечён довольно большой бисквит, который кухарка пропитала ромом и вином, сверху горкой выложила взбитые сливки и называла сладким пирогом.
- Ещё перед подачей вишнёвым соусом полью для красоты, – пояснила она.
Неудивительно, что фигура моего дядюшки напоминает бочонок на ножках. Как он ещё при такой диете до седых волос дожил, не понятно. Оставив в покое кухарку, я убралась на второй этаж.
