Брак на миллион

 — Дамир, а премию выпишешь, если я быстро найду твою пропажу?"

"— Тебе весело, Марат? В твою смену она пропала, с тебя и спрашивать буду.

— Значит, премии не будет. Понял, Алиев. Ребят, свободны, я потом с вами разберусь.

Марат обращается к охране, которая беспрекословно выполняет приказ, направляется к двери. Мужчины бросают в мою сторону взгляды, а потом переговариваются между собой. Но куда больше меня беспокоит реакция моего мужа.

Он напрягается, не вижу его лица, но уверена, что Дамир злится. Ему не нравится самоуправство Марата, а тот не спешит выдавать меня.

Алиев резко оборачивается на шум, его взгляд впивается в меня. Морщинка на лбу становится глубже, выдавая растерянность мужчины. Он молчит больше минуты, а потом холодно спрашивает:

— Ты где была, Элина?

— Спала, — понимаю, что говорю что-то не то. Дамир хмурится ещё сильнее, недовольно поджимает губы. — Или мне нужно было на кухне ждать? Я не знала.

— Тебя вся охрана искала, не прикидывайся.

Мужчина делает шаг ко мне, а я пячусь, не знаю, чего от него ждать. Слишком дикий у него вид, чтобы верить в невинность его замыслов. Грудь часто вздымается, пальцы сжаты в кулаки, а в глазах… Там такой вихрь гнева поднимается, что сметает меня с ног.

Я делаю рывок, хочу спрятаться в спальне. Иррациональный страх поднимается, душит внутри, пока я перепрыгиваю ступеньки. Вот только не успеваю добежать до конца лестницы, Дамир намного быстрее.

— Что ты здесь устроила? — выпаливает мне в лицо, держит так крепко, что не вырваться. — Решила привлечь моё внимание?

— Нет, я не хотела.

— Зато получилось. Только вряд ли ты будешь этому рада.

Шумно втягиваю воздух, шмыгаю от обиды. Я ничего не сделала, а мужчина обращается со мной так, словно я вечно создаю проблемы. Это так незаслуженно. И горько от понимания, что с моей сестрой Алиев бы никогда так себя не вёл.

— Эй, Дамир, ты полегче, — Марат вмешивается, и я ему безумно благодарна. Стараюсь посмотреть на мужчину, но Дамир перекрывает весь обзор. — Не горячись, нормально поговорите.

— Без тебя разберёмся.

Бросает злостно, но при этом отступает на шаг, возвращает мне капельку личного пространства. Алиев долго думает, видимо, не хочет при посторонних устраивать разборки. Я замираю, не рискую больше бежать. Словно если не двигаться, то мужчина забудет обо мне.