Брак не по правилам (СИ)

От него беременна другая, а она даже не ударила его по лицу? Значит, всё, что происходило между ними, для неё было лишь фальшивой условностью?

Он сам себя не узнает, когда начинает обвинять её в лицемерии, в том, что она играла с ним всё это время. Она молчит, не поднимает взгляда и просто кусает губы.

Он хочет, хотя бы какой-то реакции, но не получает ничего взамен. Для него сегодня разрушился мир, а для неё, значит, нет? Цзысюань, как капризный ребенок решает применить грязный приём и на эмоциях заявляет, что любит Мянь-Мянь.

Дева Цзян резко поднимается со своего места и решительно смотрит в карие глаза, выпрямляет спину.

— Я могу простить многое, но не то, что ты любишь другую женщину. Между нами с этого момента только контракт, как ты и хотел, а теперь покинь мою комнату, — она указывает на дверь, её голос не задрожал даже на секунду. И этот уверенный взгляд, который пронзает насквозь, больнее, чем ранение от стрелы. В её глазах выжженные чувства и разрушены мосты, которые невозможно восстановить.

Юноша покидает её спальню и скатывается по стене прямо на пол.

Дева Цзян больше не ночует дома. Она либо ночует у одного из братьев, либо проводит ночи у родителей в Пристани Лотоса. Является в их общий дом только, чтобы забрать те или иные вещи.

Цзысюань, наверное, должен прыгать от радости, ведь это именно то о чём он мечтал на протяжении всего их брака. Жить так, будто они незнакомцы.

Об А-Янь, теперь, постоянно пишут в Вейбо, о том, как она ходит с подружками на модные показы, танцует с братьями в клубе. Летает на выходные в Париж вместе с Мадам Юй. Похоже, вся её семья в курсе о том, какой её супруг мудак, и Цзысюань согласен с этим фактом как никто другой. Он конченый мудак… И этим всё сказано.

Яньли больше не пишет ему о том, где находится и разрешения больше не спрашивает.

Цзысюань пишет ей смс каждый вечер, звонит, но на том конце провода нет ответа. Видимо Яньли всё уже для себя решила….Подарки и цветы она тоже отсылает обратно ему в офис.

Мянь-Мянь приходит к нему пьяная и в слезах. Рассказывает о том, что никакой беременности не было, и о том, что его кузен Гуан Яо заплатил ей определенную сумму, чтобы она устроила это представление. Она просит прощение, но он лишь горько смеется от собственных мыслей. Он её ни в чём не винит.