Брак по принуждению

"

"Даже половина мужчин, которые претендовали на мою руку, не смогли бы сравниться с Дэйроном. Хоть они и были одеты в приличную одежду, а волосы их опрятно уложены, у многих были уши, которые торчали, носы с большой горбинкой, глаза, которые вечно смотрели с какой-то усталостью.

Я вдруг поняла, что Дэйрон совсем не похож на их с Эдвардом отца, а значит, он пошел в мать. А она, наверняка, была очень красивой.

А еще у Дэйрона был очень чёткий подбородок и губы, на которых я остановила свой взгляд, вспомнив, как он целовал меня в храме.

Это было так необычно, и мне захотелось повторить. Просто чтобы узнать, как это.

Дэйрон поймал мой взгляд, остановившийся на губах.

- Значит, я симпатичный? – спросил он.

Я подняла глаза и поняла, что мой муж изучал меня так же, как и я его.

- Я думаю, мы могли бы составить хорошую партию, – ответила я, стараясь вести себя хоть немного прилично. – Просто нужно забыть о том, что был рожден бастардом и у тебя все получится, - сказала я, и вмиг все притяжение между нами, которое было натянуто, как тетива, разорвалось.

- Думаю, тебе сложно будет забыть такую отвратительную деталь - сказал Дэйрон. Он откинулся на спинку стула и вскинул бровь.

Его взгляд прожигал меня насквозь. Я поежилась.

Ситуация сменилась слишком быстро, не ожидала такого. Еще пару минут назад, Дэйрон был совсем другой...

- Я не говорила о тебе, Дэйрон, я уже.

Пыталась подобрать слово, необидное. Но не получалось.

- Привыкла? Жить с мыслью, что твой муж недостойный бастард. Бедолага, сложно ведь смириться с тем, что моя кровь не голубая. Так, моя лучшая половина? - сказал он жёстко с нажимом.

- Это не так, Дэйрон, - пыталась я схватиться хоть за что-то, чтобы сгладить конфликт, но, несмотря на все отчаянные попытки, у меня ничего не получалось придумать. - Я имела в виду не твоё рождение и не моё отношение. Я имела в виду твоё отношение к жизни и что ты ведешь себя не как лорд, лишаясь преимуществ, которые тебе принадлежат по праву рождения.

Я даже выдохнула, произнося последнюю фразу, ведь передала всё то, что подразумевала. Теперь мне казалось, что вот Дэйрон поймёт, но он лишь рассмеялся. И совсем не так, как до этого. В его смехе не было ничего доброго или тёплого. Передо мной словно был другой мужчина. Он смотрел на меня иначе. Его черты лица были напряжены, а слова чеканил, без единой частички тепла.