Брак по залёту (СИ)

При спокойном рассмотрении ситуации, он понял, что не хочет ничего в жизни менять. А что? Всё устаканилось, утряслось, он привык, прижился. Аня давно замужем и его не ждёт.

Он, конечно, по молодости шибко за ней убивался. Бегал, как щенок, в глаза заглядывал, а она не прогоняла, но и не подпускала ближе. Не то, что переспать, полапать её было страшно.

Александр вспомнил, как зыркнула на него Анна, когда он однажды, набравшись храбрости, полез ей под кофточку. Ожгла взглядом и ладонью по щеке.

Не больно, что там силы в девичьей руке? Но обидно, да. Однако, он самолюбие засунул подальше, стерпел. Даже хорошо, что ударила, значит, не такая, значит, еще ни с кем.

— Руки распускать будет позволено только моему мужу после свадьбы, — отрезала девушка.

И он, дурак, решил, что это она ему намёк дала, мол, распишемся — тогда я вся твоя. Размечтался, с друзьями поделился — летом поженимся! Подработку взял, на шабашки соглашался, откладывая каждую копейку, хотел колечко золотое Ане на пальчик надеть.

Застолбить, так сказать, пометить — моя!

Не успел, Верка первая подсуетилась.

Мужчина вспомнил, как пришел к Анечке. Как, запинаясь, рассказал, что его заставляют жениться. Думал, что она поддержит, скажет в ответ:

— Давай, завтра заявление подадим, я папу попрошу, он договорится, и нас быстро распишут, не надо будет ждать месяц!

А она пожала плечами и:

— Совет да любовь! На свадьбу не приду, извини.

И дверь закрыла.

Он секунд десять глазами хлопал, таращась на оббитую вишневой кожей поверхность, прежде чем опять нажал на звонок.

— Молодой человек, прекратите преследовать мою дочь, — на этот раз вышла мать Ани, — или мне вызвать милицию?

Он пробормотал извинения и ретировался.

Следующий раз он смог подкараулить Аню только через несколько дней, у подъезда, но разговора не получилось. Встряхнув головой, отчего каштановые кудри рассыпались по плечам, девушка бросила на ходу:

— Привет!

И прошла мимо.

Ещё совсем недавно он мечтал, как они поженятся, как он переедет в трехкомнатную квартиру Солдатовых, как заживут, и вот — жизнь ткнула его носом, как нашкодившего щенка — в лужу. Не будет у него трехкомнатной квартиры и тестя — директора завода. Не будет ослепительной красавицы Ани, которая теперь на море поедет с другим. И начальником участка ему никогда не стать, обречён оставаться обычным слесарем.