Брак по залёту (СИ)

Денис все ночи и выходные проводит в садике, она стирает свою и мужа одежду, убирает дом, готовит им обоим еду из продуктов, которыми заполняет холодильник муж. И до сих пор не нашла времени, чтобы поговорить.

Комната, слава богу, продалась, осталось дооформить сделку, а потом она купит небольшой домик. Уже присмотрела. И до работы не так далеко — две остановки всего. Домик небольшой, всего две комнаты, вернее, комната и кухня с прихожей, участок четыре сотки. Но место ей понравилось, подъезд хороший. Почему дом, а не квартира? Захотелось.

Никаких соседей снизу и, особенно, сверху. Ребенок родится, сможет бегать, как угодно, никто не придет с претензиями. Потом, свой садик — можно малыша гулять отпускать, это не каменные джунгли, где одного и на минуту не оставишь. Да и цена небольшая. Нет, как ни крути, с ребенком дом не в пример лучше квартиры!

Денис продолжал удивлять — не возражал, не давил, просто был рядом. Помогал, поддерживал и ничего не требовал.

Женька очень боялась привыкнуть и заново привязаться.

К такому Денису тянуло со страшной силой, он олицетворял то самое «как за каменной стеной».

С родителями она почти не виделась, только с отцом и то — мельком, Жене казалось, что он ее избегает. Ни просьб, ни жалоб, полностью увлекся обустройством нового жилья. Странно, что его устраивает коммуналка, помнится, дома он куда как привередливей был к комфорту, еде, окружению! Матери она не звонила, стыдно было, но Денис как-то проговорился, что регулярно общается с Верой Васильевной. Сначала Женя удивилась — зачем это ему? Потом обиделась — за моей спиной козни строишь? А после махнула рукой — да пожалуйста! Она выберет время и помирится, мама любит дочь, она простит.

Просто не хотелось делать это на бегу. Вот завершит сделку с продажей, потом купит дом, переедет, тогда и объявится.

Родители Дениса попритихли. То ли сын внушение им сделал, то ли сами догадались, но отец больше ей не звонил, и к ним в квартиру не вламывался. Мать тем более не отсвечивала, она без мужниного позволения, наверное, даже дышать не умела.

Как же хорошо, что Денис не в отца пошел! Окажись он с такими же диктаторскими замашками, она с ним и дня рядом не прожила бы!

А ещё у нее немного увеличился животик, и с этим пора было что-то делать. В том смысле — откладывать разговор ещё дальше было невозможно.

— Жень, с завтрашнего дня я больше не сторож, — радостно сообщил ей Денис по дороге домой. — Сегодня последнее дежурство. Нина Федоровна кого-то приняла на работу.