Брак по залёту (СИ)

Стукнула, закрываясь, дверь, шаги…

— Добрый вечер, Евгения! — в дверном проёме выросла массивная фигура Петра Гавриловича.

— Добрый вечер, — растерялась Женя. — Что-то случилось?

— Нет, нет, все в порядке! — Он поспешил её успокоить. — Я хочу поговорить с тобой. Давно пора было, но то одно, то другое, никак не получалось. Надеюсь, я вас не сильно потревожил?

— Проходите в зал, — пригласила Женя, поднимаясь.

— Может быть, останемся тут? — Петр Гаврилович выразительно показал на стол. — От чая не откажусь, за этим напитком и беседовать приятнее.

— Да, конечно, можно и на кухне. Просто я подумала, что в зале как-то приличнее, — пробормотала девушка.

— Я очень надеюсь, что мы с вами не совсем чужие люди. Хотел бы, чтобы мы перестали быть чужими, чтобы вы считали меня частью вашей семьи. Поэтому чаепитие на кухне сочту за первый к этому шаг. Если, конечно, вы не против.

— Пожалуйста! — вконец растерявшаяся Евгения торопливо освободила для Петра Гавриловича посадочное место, поставила чистую чашку, придвинула поближе сухарницу и потянулась за кипятком.

— Я сам, — осторожно отодвинул её бдительно за всем наблюдавший Денис. — Вам зеленый или черный? Может быть, кофе? Только у нас растворимый.

— Чай. Без разницы, какой, я абсолютно непривередлив в этом плане. Что себе нальёте, то и мне.

Несколько минут все молчали, следя, как Денис сначала аккуратно разливает кипяток, а потом доливает в чашки заварку. Женя отмерла, и, метнувшись к холодильнику, выставила на стол колбасу с сыром и тонко порезанный белый батон.

— Спасибо, мне только чай, — Петр Гаврилович поднял чашку и отхлебнул из неё. — Присаживайтесь, в ногах правды нет. Вы, наверное, недоумеваете, о чём я хочу поговорить, что рассказать? На первый взгляд можно подумать, что я разрушил вашу семью, Евгения, но всё совсем не так. Я заметил Верочку сразу — необыкновенно красивая, хрупкая, нежная женщина.

Мужчина ещё раз отхлебнул из чашки.

— Некоторое время я любовался ею издалека, потом не выдержал и осторожно навёл справки. Оказалось, Вера замужем, но счастливой она не выглядела. Улыбающейся я её видел, только когда она шла с вами, Женя.