Марк не поднимал головы, не смотрел Кристине в лицо — чтобы не смущать ее еще больше. Но с удовольствием скользил ладонями по ее талии, по бедрам — лишь к внутренней поверхности бедер он получил доступ через небольшое сопротивление.
Нет уж, милая. Ты моя женщина. И там все тоже мое. Сейчас кровь смоем — и я буду предъявлять полные права.
Когда он нес ее обратно в постель, укутав в полотенце, Кристина прятала лицо ему на груди. Ты была такой смелой, когда требовала сделать тебя женщиной, а теперь простые гигиенические процедуры повергли тебя в такое смущение? Какая же ты еще все-таки девочка, любимая моя.
Но в постели его любимая девочка позволила ему все. И ее ступня снова лежит на его плече, скользя, гладя, вдавливаясь. И снова ее бедра доверчиво раздвинуты, давая ему возможность загладить боль наслаждением. Загладить, зацеловать, заласкать. До тех пор, пока…
Вот так, умница моя. Взлетай.
* * *— Я тоже смешно сопела в конце?
— Нет, — Марк улыбнулся ей в затылок. — Ты невероятно сексуально стонешь.
— Правда?
— Правда, — он неосознанно прижался пахом к ее ягодицам. Шикарным, аппетитным. Как же хочется еще раз, невыносимо просто. Но сегодня больше не стоит, наверное. Он со вздохом отстранился. — Прости.
А Крис в его руках прогнулась сильнее, догоняя, и сама прижимаясь попой к его паху.
— А ты не хочешь смешно посопеть еще раз?
— Я думаю, тебе не стоит… Надо дать тебе отдохнуть… восстановиться…
Крис обернулась и вжалась в него уже мягким животом и влажным горячим лоном.
— Нет человека зануднее тебя, Марк Леви.
Покажи нам небо.
И он показал. Поднял выше облаков, туда, где било ослепляющим светом жаркое яркое солнце их любви.
* * *Утром Кристина проснулась первой. И долго смотрела на спящего Марка. Любовалась. Она никогда не рассматривала мужчин. Не рассматривала так, как смотрела сейчас на Марка. Так можно смотреть только на любимого мужчину. На того, которого познала, как мужчину. И она в нем так много этого мужского теперь видела. Того, что не замечала раньше.
Того, что и не могла раньше заметить.
Например, как это красиво, когда широкая мужская грудь покрыта короткими темными волосам. Как красиво мощное выпуклое плечо. Как потемнели за ночь щеки. Оказывается, у мужчины за ночь темнеют щеки. Кристина не удержалась — и провела пальцем по щеке. В кончике пальца закололо. И это тоже… тоже прекрасно. Что он такой колючий по утрам.
Ресницы Марка дрогнули. Оказывается, у него шикарные густые ресницы с загнутыми кончиками.
