Девушка хрупкая, миниатюрная, у нее короткая стрижка, похожая на стрижку мамы Вероники, открытое лицо и умные внимательные глаза. А сама Кристина со своим ростом в сто восемьдесят сантиметров, наверное, подавляет Веронику.
Крис еще раз вздохнула.
— Скажите, пожалуйста, Соня… Мне просто надо понимать, как правильно реагировать… Сегодня Вероника заговорила со мной о своей маме…
— Ох… — только и выдохнула Соня.
— Вы не подумайте, что я не расспрашивала специально! — зачем-то принялась оправдываться и даже врать Кристина.
Она чувствовала себя неловко, затрагивая такие темы, которые… которые очень личные. Но, с другой стороны, она уже слишком плотно во все это ввязалась. И ненароком обидеть Веронику, что-то не то сказать и как-то не так отреагировать — страшно. — Просто мне надо понимать, как на это реагировать. Я верно понимаю, что мама Вероники умерла?
Соня какое-то время смотрела на нее молча.
А потом встала.
— Кристина, вы не возражаете против небольшой прогулки?
* * *У «Бухты доброты» обширная прилегающая территория, которую можно даже назвать небольшим парком. Сейчас, в середине августа, здесь еще вовсю царствует буйство зелени и цветов.
Они молча шли минут пять, забравшись куда-то совсем вглубь, и, наконец, остановились возле большого белого вазона, из которого разноцветным водопадом изливались ароматные лиловые и пурпурные петунии.
Соня уверенным движением запустила руку в глубину цветов и выудила оттуда пачку сигарет и зажигалку.
— Будете?
Кристина отрицательно покачала головой, не без изумления наблюдая за тем, как умненькая миниатюрная Соня ловко прикуривает. Впрочем, у нее наверняка очень нервная работа. И такую вредную привычку можно объяснить.
— У нас не очень одобряют курение, — Соня с немного кривоватой усмешкой кивнула на изумленный взгляд Кристины.
— Поэтому вот так. — А потом выдохнула длинную струю дыма. — Мама Вероники жива и здорова.
Изумление нарастало.
— Но как же… Мне же Вероника сказала…
— Нам с Марком надо было что-то ей сказать, — Соня дымила как заправский дракон. — Ну, точнее с Марком Арнольдовичем. Мы… мы так и не смогли выработать нормальный консолидированный вариант — что отвечать Веронике на вопросы о том, куда делась ее дорогая мамочка.
