Да и все.
Вот такой вот Марк Леви. Который как писатель, только не писатель. С одной стороны, красавчик пилот — словно с постера для блокбастера про самолеты. С другой — мужчина, который свою жизнь посвятил больной дочери, девочке, от которой отказалась ее родная мать. И вот из этих двух частей — совершенно на первый взгляд несочетаемых — состоял Марк Леви.
Ты далеко не тот человек, каким кажешься на первый взгляд, Марк Леви. Так же, как и я. Во мне тоже дальше кукольной мордашки и длинных ног ничего не видят.
А ты? Ты видишь?
Крис поняла, что она согрелась. Что ей жарко. Что сердце снова бьётся быстро-быстро. И что щеки горят от предвкушения того, что они с Марком завтра встретятся.
Так. Надо же подготовиться! И стягивая на ходу толстовку, Кристина поспешила в ванную.
* * *Марк: Я нашел работающее кафе! И здесь очень вкусный кофе.
Кристина смотрела на место на карте, которое прислал ей Марк. Она в пяти минутах ходьбы от него. Ну, может, семи.
Кристина: Скоро буду.
Ветер дул в лицо.
Вена была пуста и прекрасна — без туристов, с редкими прохожими на улицах. И строгая изысканная готика вокруг.
Пиликнул телефон. На снимке красовалось фото темного стола и чашка эспрессо.
Марк: Я заказал тебе кофе.
Она не стала отвечать и лишь прибавила шагу. Нельзя дать эспрессо остыть.
* * *У него оказались точно такие же волосы, как у Вероники — густые и гладкие. Когда Марк встал ей навстречу и раскинул руки — Крис без малейших сомнений шагнула в его объятья. И позволила себе провести пальцами по его затылку.
Ну точь в точь.
— Удивительное совпадение! — Марк выпустил ее из своих рук и теперь внимательно смотрел на нее. Даже рассматривал. — Я до сих пор не верю, что мы, при нашем кочевом образе жизни, смогли пресечься. И где — в Вене! Никогда особо не любил этот город, а ты? Присаживайся.
Скрипнул по плитке стул. Крис, словно завороженная, кивнула. Села. Но отвечать пока не могла. Она просто… Просто любовалась. Как будто видела его в первый раз.
Темные густые волосы.
Умные выразительные глаза. Губы четко очерчены и сейчас складываются в красивую улыбку. Когда мужчина настолько привлекателен, он может не заморачиваться по поводу одежды. На Марке простой темно-серый лонгслив и темно-синие джинсы, на запястье крупные часы — может себе позволить, у него руки не маленькие. Наверное, они очень красиво смотрятся на штурвале. У самолетов же штурвал, верно?
А все вместе — убийственно по привлекательности."
"Породистый.
