Я будто была не здесь — не в солнечном осеннем дне.
Гром гремел, с неба лился дождь, перемешиваясь с градом. Он хлестал по шкуре, но мне было всё равно. Подняв голову, я увидела, что тучи расходятся будто повинуясь чьему-то приказу. И оттуда выглядывает огромное чёрное солнце — символ Чернобога. Предвестник конца времён.
Я не была испугана или удивлена. Я словно ждала, когда же это случиться. Ждала заворожённо и исступленно. Повернула голову — рядом со мной стоял мужчина лет пятидесяти. Его черты лица показались мне смутно знакомыми, будто я уже видела его, ещё немного и я бы узнала его…
Но вдруг всё померкло.
И я поняла, что падаю. Стремительно несусь вниз с огромной высоты.
Даже вскрикнуть не успела, как меня схватила огромная лапа моей драконицы. И тут я поняла, что забылась. Отпустила магические потоки прямо на спине драконицы, утонув в её сознании, и едва не убилась! Нельзя было применять заклинание.
Мы стали стремительно снижаться. Я сжалась в комочек и закрыла глаза, потому что сейчас земля приближалась слишком быстро.
Всю жизнь я боялась высоты. Не панически, но всё-таки боялась.
Посадка не была мягкой. Нас встряхнуло, а затем и протащило вперёд, потому что из-за меня, зажатой в драконьей лапе, Вирендиония не смогла нормально сесть на землю.
Я пришла в себя лишь когда меня схватили за плечи сильными руками и как следует встряхнули. Открыла веки и увидела бледное злое лицо Кристиана.
— Ты что такое творишь? — вскрикнул он, всматриваясь в меня.
А я не могла пошевелиться.
Потому что вдруг поняла — в том видении, где я была драконицей, я видела своего деда Генри Лоусона. Он стоял рядом с Вирендионией. И чёрное солнце восходило над их головами.
— Это вышло случайно, — оправдалась я. — Просто на миг утратила контроль и… вот.
Я покосилась на драконицу, которая возвышалась над нами, глядя на меня укоризненным взглядом. Неужели то, что я видела это прошлое? Или будущее? Или этого вообще никогда не было?
Мы стояли на каком-то огромном бескрайнем лугу, утопающем в крохотных цветах.
Должно быть, улетели уже далеко от академии и даже города. Заходящее солнце грело кожу. Такой ошеломляющий контраст по сравнению с тем жутким видением, что у меня было.
— Приди в себя, Мюрай! Это не игры, — принялся отчитывать меня Кристиан. — Совсем с катушек слетела? Зелье должно было уберечь от подобного. Ты точно тщательно нанесла всё?
— Не знаю… — пробормотала я растерянно. Пронзительный взгляд Генри Лоусона всё ещё будто прожигал меня.
