Бракованная невеста. Академия драконов

Это заложено в вашей голове. Всегда уступать, всегда боятся, всегда склонять голову, — в голосе Кристиана была всё возрастающая ярость.

Я вспомнила себя, всегда смотрящую на драконов, как на сильных мира сего. Вспомнила дядю с тётей. Мы максимум могли на кухне перетереть, как хорошо живётся летающим поганцам из Голдены. Но стоило выйти из дома, как мы становились словно шёлковые. Вспомнила, как дядя Дезмонд заискивал перед мистером Сальваторе и нотариусом. Как мы с Велмой боялись лишнее слово сказать драконицам, которым делали уборку.

А мистер Эльман и Брунька. Хозяин таверны пытался бороться, у него была совесть, но всё равно уступил драконам. Как и я. Мы просто склонили головы.

Сердце словно кто-то пронзил тонкой иглой и теперь ворочал там, причиняя всё больше, обжигающей грудь, боли.

— Но что это за магия? — ошеломленно спросила я.

— Не только магия. Ещё наука, Эви.

— Мой дед… — прошептала я, связывая наконец ниточки. — Он был учёным.

— Он был одним из тех, кто знал секрет. И более того, он пытался его усовершенствовать.

— Хочешь сказать, он работал на императора и пытался сделать жизнь вырожденцев ещё хуже? Куда уж хуже?

— Не совсем. Это долгая история. Скорее он пытался исправить тот факт, что уже и среди драконов появляются те, кого отравил этот яд. Постепенно он проникает и на наши территории. Твой дед должен был это остановить.

— Вы тоже становитесь вырожденцами? — я против воли хмыкнула. Конечно, драконы защищали свою шкуру.

— Дозы слишком маленькие, но отчасти да.

Стали рождаться драконы с низком магическим резервом. Это первые звоночки.

Значит, эта мерзость начала выходить из-под контроля.

— Как Альфред? Он родился с низким резервом — догадалась я.

— Да. Как мой брат.

Правда была ошеломляющей. И такой простой. Элементарно простой. Но я совсем не понимала, что мне теперь со всем этим делать?

— Но я однажды наподдала Миранде, а ещё всыпала парочке некромантов… — пробормотала я.

— Потому что то, что заложил в тебя Генри Лоусон, уже начало просыпаться.

Помнишь, я тебе говорил? Ты особенная, Эви. Твой дед сделал тебя такой… — Кристиан шагнул ко мне, беря мою руку. — Вы с Вирендионией можете всё исправить.

— Что? — я дёрнулась в сторону, вырывая ладонь. — Сделал меня? Что это значит? Я что из какой-то пробирки? И тебе какое дело до вырожденцев? В благодетели заделался с папочкой? Обхаживаете тут меня…

Сердце стучало на разрыв, разгоняя по венам злой огонь. Я стояла, тяжело дыша и ожидая ответа.