"
"Ксения выросла, оформилась, справила свое девятнадцатилетие… Конечно, глупо предполагать, что сильно повзрослела и поумнела, но для того, чтобы заделать ей ребенка, этого и не требуется. Самое время забрать ее из родительского дома и увезти к себе. Поживет у меня какое-то время, пока не смогу убедиться в том, что она достойная девушка, а потом можно со спокойной совестью в загс.
Ее семья ожидает моего появления только через три месяца, но я решил явиться в ноябре. Специально еду без предупреждения, хочу застать младшую Тришкину в неформальной обстановке.
Любопытно узнать, какой она выросла, без прикрас и ненужных приготовлений.
Подъезжаю по нужному адресу в пригороде.
Диву даюсь, какие чудеса старший Тришкин выстроил на мои деньги: двухэтажный дом с широким балконом, забор намного выше меня, хотя во мне роста — метр девяносто пять, между прочим.
Хозяйственный у меня будущий тесть, одобряю. Хотя… улицу перед домом мог бы и заасфальтировать. Прямо возле забора вижу здоровенную лужу.
Паркую «мерседес» чуть поодаль, чтобы не пришлось ступать в грязь. Выхожу из машины, и вдруг мне навстречу выскакивает кикимора с розовыми патлами и слишком ярким макияжем. Нагловато смотрит, пялит пухлые губы, фырчит:
— С дороги, дядя!
У нее в руках большая коробка, перевязанная бантом. Видно, боится, что случайно задену или столкну «красотку» в лужу.
— Можно быть вежливее… — спокойно ей отвечаю.
— Можно, да не нужно! Еще всякие упыри меня будут жизни учить! — Она одаривает меня неприязненным взглядом.
Морщусь, глядя на ее круглую физиономию. Когда вижу такое обилие черной краски на девичьем лице, сразу появляется желание это лицо умыть при помощи поливочного шланга.
Пропускаю маленькую хамку и иду к дому Тришкиных.
Мне сначала не хотят открывать, но, когда до Тришкина-старшего доходит, кто приехал, вокруг меня начинается ожидаемая суета.
Меня устраивают в гостиной на мягком диване. Будущая теща начинает квохтать:
— Вам кофе? Чай? Что-нибудь покрепче?
— Конечно, покрепче! — заявляет Тришкин-старший, давно и безнадежно поседевший, но всё еще крепкий мужик.
— Покрепче пока не стоит, Дмитрий Яковлевич, — усмиряю я его чрезмерный пыл. — Хочу быть трезвым при встрече с Ксенией. Кстати, где она?
— Ах да, конечно! — взмахивает руками Аглая Петровна. Причем делает это так активно, что ее аккуратная высокая прическа угрожающе подрагивает. — Она убежала к соседке, поздравить ту с днем рождения.
