Я с ним поговорю, потом он приедет в столицу, расскажет своему начальницу, что эта дура при смерти, заплатит, чтоб ничего не расследовали и все. Мы свободны. Можно будет помочь ей наконец воссоединиться с ее семейкой ничего не опасаясь.
Последовал радостный возглас, за который хотелось намотать волосы этой девицы на кулак и долго возить ее мордой об ковер.
Что именно я бы сделала с муженьком лучше не упоминать. Этот рассказ потребовал бы жесткой цензуры. Но в нем присутствовали некоторые орудия средневековых пыток и не меньше десяти афроамериканцев.
А после радостного возгласа пошли звуки, которые я всеми силами старалась не слушать, чтобы не проблеваться прямо в библиотеке.
Простите, предки Адалин. Обещаю, что когда накажу этих двух гадов, прополощу тут все с хлоркой.
В общем, я дождалась, пока влюбленная парочка закончит со своими делами, удалится из библиотеки. Выждала еще полчаса для верности и только потом отправилась обратно в свою спальню.
Мне было о чем подумать.
Например, о том, что после визита вышеупомянутого Шейна мне нужно срочно делать ноги.
Пусть даже они пока ходят с большим трудом.
Глава 12
Как раньше я часто слышала от всяких коучей, бизнес-консультантов, трекеров и других таких же бесполезных личностей, что главное – это мотивация.
Ну попробуйте, замотивируйтесь лучше, чем девушка из глухой провинции, у которой в жизни самое яркое событие было — это трезвый отец на ее день рождения. Особенно если эта девушка приехала в столицу с тысячей рублей в кармане и без четкого плана.
В университет я даже не пыталась поступить. Понимала, что не смогу и учиться, и работать. Так что мой выбор пал на среднеобразовательное учреждение, которое в нулевых уже принято было называть красиво на западный манер колледжем.
От колледжа там было только первая буква. И подходила она к совсем другому слову.
Разное бывало. И общежитие с тараканами, сквозняками, отсутствием воды, особенно горячей, когда я даже одеяло хорошее себе позволить не могла. И питаться приходилось лапшой быстрого приготовления.
Или гречкой. Сосиски как деликатес шли.
Стипендия сто сорок рублей в месяц. Это если закончишь без троек! Но и так, это разве деньги? Банка сгущенки двадцать стоила. А нужно было на месяц растянуть.
Конечно, приходилось работать. На заводе в ночную смену. А утром на учебу и снова за выкройки, за машинку. Чтобы сонными, слипающимися глазами иголку пытаться разглядеть.
В общем, мотивации у меня хватало. Но в люди получилось выбиться ой не сразу.
