Я чувствовала себя тем самым героем притчи, которому нужно было вытащить занозу из лапы льва. Или она была в пасти?
Не особо важно. Главное заключалось в том, что в реальной жизни, лев бы сожрал своего доктора за милую душу.
И я могла надеяться только на то, что эти крылатые ящерки действительно разумные.
Впрочем, все на это указывало.
Оставив ту самую расшитую мантию, которую до сих пор держала в руках и не выпускала благодаря каким-то неведомым рефлексам, я направилась прямо к зубастой морде.
Поняв, зачем я подошла так близко, дракон пригнул голову, подставляя шею.
Но даже так мне пришлось практически залезть на него, цепляясь за шипы и чувствуя себя как на самом безумном в мире скаладроме.
С ошейником тоже пришлось попотеть. Как таковой застежки не было, зато имели болты. Я принялась расшатывать один из них.
Очень повезло, что дракон почти не ерзал. Так, дрожал периодически, чем снова напоминал мне щенка с перебитой лапой.
Эх, моя доброта меня доведет когда-нибудь!
Справившись, наконец, с болтом, я сняла ошейник, чуть не уронив его прямо на себя.
Тяжелый, зараза.
Ошейник полетел на землю, а за ним и я. А все потому, что милый дракончик, которого мне было так жаль, начал превращаться обратно в наглого человека.
Хотя жаловаться мне не с руки, потому что приземлилась я мягко. Прямо на этого самого человека.
— Ты ненормальный, что ли? — завопила я, оказавшись почти верхом на нем.
Меня наградили долгим, странным, но хотя бы не презрительным взглядом.
— Это ты на мне расселась, — сказал он спокойно.
Судя по голосу, не пытался оскорбить. Просто констатировал факт.
— Потому что ты превратился в тот момент, пока я тебя еще не слезла.
Он только пожал плечами, мол, что поделать.
— Нужно было оставить тебя корчиться от боли! Знаешь, когда ты в облике дракона, ты мне больше нравишься.
— Аналогично. Когда я в облике дракона, ты мне больше нравишься. В качестве закуски.
— В следующий раз, будешь сам с себя этот антиблошиный ошейник снимать.
Реймонд нахмурился.
— Спасибо.
Услышать это было так неожиданно, что я сначала подумала о галлюцинациях. А что, в горах от разряженного воздуха так бывает. То фантомные спутники мерещатся, то автомобили на высоте три тысячи метров, то извиняющиеся драконы.
Я бы скорее поверила в наличие автомобилей."
"— И что нам делать? — спросила я, предпочитая не заострять внимание на своей галлюцинации. — Превратиться, я так понимаю, ты не можешь?
— Могу.
