Уперев в колени локти, роется в своем телефоне и поднимает глаза, когда я возникаю из-за угла, как привидение.
Длинные пальцы замирают над дисплеем. Мне требуется секунда, чтобы перестать смотреть на его руки. Теперь каждая часть его тела меня, черт возьми, возбуждает, особенно та, что у него ниже пояса.
На его щеках тоже красные пятна, и они не хуже моих.
Видеть его таким “неправильным”, все равно, что сорвать с него маску. От его “неправильного” вида у меня все тело вибрирует. От этого и оттого, что его кожа натянута на мышцах, будто на стальном каркасе, и она припорошена легким золотистым загаром, от которого у меня текут слюни.
Но я все равно чувствую проклятую неуверенность, потому что не умею читать его мысли.
— Тебе понравилось? — сгребаю пальцами халат у основания своей шеи.
Бросив на кровать телефон, он обеими руками ерошит волосы, после чего говорит:
— Подойди и проверь.
Прикусив губу, отделяюсь от стены.
Стопы тонут в ворсе ковра.
Денис смотрит на меня неотрывно всю дорогу.
Я хочу забраться на него. Хочу его касаться. Хочу делать с ним все, что захочу. Хочу, чтобы он сам делал со мной все, что захочет.
Наши лица почти на одном уровне, когда останавливаюсь между его широко разведенных колен. Ему нужно всего лишь чуть-чуть поднять подбородок, чтобы продемонстрировать мне свое лицо и глаза.
Опускаю руку ему на плечо, и он опускает свою. Отодвинув халат, обхватывает мою ногу под коленкой, вызывая дрожь в ногах и мурашки на коже.
Я перестаю дышать, спускаясь пальцами по его груди.
В ответ он ведет свою руку вверх, щекоча пальцами внутреннюю сторону моего бедра. Понимание того, что под халатом на мне ничего нет, делает это прикосновение дико опасным, и блеск его глаз говорит мне о том, что он в курсе этого.
Его взгляд опускается на мои губы. Я просто с ума схожу, когда он делает так. О чем он думает, когда так делает?! Мое вареные мозги подсказывают, что не о бабушкиных носках.
Под моими пальцами стальные мышцы пресса.
Добравшись до широкой атласной резинки его трусов, медлю секунду, после чего кладу руку на предмет всемирной мужской гордости.
— Ф-ф-ф… — выдыхаю, уронив веки.
Пальцы на моем бедре сжимаются сильнее.
Под моими пальцами горячая каменная длина, которая пульсирует, как живая. Она и так живая…
— Давай еще раз… — выпаливаю, открыв глаза.
Откинув голову, Денис со свистом дышит.
Упав вперед, целую сильную жилистую шею. Кусаю и зализываю это место со стоном.
