Как все было, так и останется…
— А вот хрен ты угадал1 — Коваля так и подмывало схватиться за пушку и выпустить кишки из этого урода.
Но тогда его расстреляют из «дробовиков» егерские «быки».
И Егерь тоже еле сдерживался, чтобы не нашпиговать свинцом своего собеседника. Ему также не хотелось умирать.
— Это мы еще посмотрим…
Егерь сплюнул под ноги Ковалю, пренебрежительно хмыкнул и повернулся к нему спиной. Спокойно, неторопливой походкой двинулся к своим пацанам, которые застыли в ожидании.
Напряжение между конкурирующими сторонами достигло апогея.
Любое неосторожное движение или слово, и все, начнется великая бойня. Грохот выстрелов, свист картечи, горы трупов… Но все обошлось. Под ненавидящим взглядом Коваля Егерь сел в свой джип и заколесил по ухабистой дороге. За ним расфасовались по тачкам его «пехотинцы».
Коваль и его братки остались на поляне одни. Никто из них не пострадал, все были живы. Но напряжение не спадало. Каждого одолевало предчувствие большой беды. Разборка закончилась, но это было лишь начало…
* * *С Игнатом ей было хорошо.
Мила почти не жалела о том, что изменила мужу. Веня человек славный, но он не дает ей той остроты ощущений, в которой нуждается ее плоть… Впрочем, она знает, как сделать его неотразимым.
Сегодня Веня вернулся из командировки. Лежит уставший на диване, телевизор смотрит да пивко потягивает. Любимое занятие. И скучный какой-то. Надо его развеселить.
С замиранием сердца и азартной улыбкой на лице Мила достала из бара бутылку шампанского, умело открыла ее без выхлопа газов, наполнила фужер и сыпанула туда серого порошка.
«Жар-птица» в упрощенном варианте…
Инна называет этот порошок «секспирином» — забавное, кстати, название, и очень меткое. Мила не удержалась от искушения, когда Инна предложила ей пакетик «заводного» порошка…
«Жар-птица» подействовала почти сразу. На душе стало так легко, просто, весь окружающий мир окрасился в радужные тона. Мила ощутила состояние невесомости. И очень сильно захотелось мужика.
Она вдруг почувствовала, что умрет, если прямо сейчас муж не овладеет ею…
В состоянии сексуальной эйфории Мила подошла к Вене, опустилась перед ним на колени, замурлыкала как кошка, потерлась щекой о его ногу. И тут же ощутила его пальцы в своих волосах.
— Соскучилась, дорогая? — ласково спросил Веня.
Он хотел встать, но она ему не дала. Из милой домашней кошечки она уже превратилась в похотливую хищницу. И ничто уже не в силах было ее остановить.
