Каждому винтику, каждой шестеренке свое место. Сбыт товара идет бесперебойно. И никаких проблем. Хотелось бы, конечно, чтобы так продолжалось вечно…
Тубус взглянул на часы. Восемь часов вечера. Сейчас должен Хлеборез подойти, бабки за проданный товар притащить. Точно, идет."
"— У меня все путем, — гордо заявил шестнадцатилетний пацан, с важным видом усаживаясь на переднее сиденье.
Только долго сидеть ему не пришлось. Тубус сунул ему в руку небольшой сверток с товаром. Взамен получил деньги. Считать в машине не стал — успеется.
Если недочет будет, все одно Хлеборез от него никуда не денется.
Следом за Хлеборезом Валерик образовался.
Толковый пацан, даром что всего пятнадцать лет. Вот у кого лучше всех получается с клиентурой работать. Наркоту сбывать бывалым наркоманам — это одно, а подсаживать на иглу — другое. А у Валерика и с этим и с тем все в полном порядке.
— Тут это, недобор, — протягивая Тубусу деньги, объяснил Валерик.
— Что, опять кого-то бесплатным сыром кормил?..
— Ага, через мышеловку…
Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
И лишь идиоты об этом не знают. А на идиотов Валерику везет. Сейчас он задарма лохов «сыром» накормил. А когда придет время, они донорами станут. Бабки с них он начнет сдаивать в обмен на уже не халявную «дурь».
— В следующий раз больше бабок притянешь…
— Да не вопрос, — деловито протянул Валерик.
— Ну все, бывай…
Следующая их встреча через неделю.
Валерик исчез. Тубус остался в машине один. Все, на сегодня работа закончена.
Можно домой рулить.
Но он не успел завести двигатель, как открылась левая передняя дверца и на пустующее место ввалился какой-то качок в майке-безрукавке. Звериная рожа, злые глаза, запах перегара.
— Э-э, чо за дела, в натуре, — изобразил пальцовку Тубус.
Пальцы веером он сделал, да только качка это нисколько не напугало.
— Урод! — прорычал он.
И тут же Тубус увидел летящий в него кулак. Бум! Из глаз посыпались искры, во рту появился резкий вкус ржавчины. Вторым ударом качок выбил из него сознание.
Очнулся Тубус в своей же машине. Только не на водительском, а на заднем сиденье. Руки скованы наручниками, во рту кляп. И не в городе машина, а где-то на природе. Деревья на ветру листвой шелестят, пташки щебечут.
Но не до красот природы Тубусу. Все его внимание обращено на двух крепышей спереди. Качок, который его вырубил, сидел на пассажирском сиденье вполоборота к нему.
— Ну чо, дятел, очнулся? — ощерился он.
— Что вам надо?.. Бабки?..
