Но он-то не дурень колхозный. Есть у него в районе один схрон. И никто не знает о нем. Связь с миром идет через незарегистрированный сотовый телефон, через него вычислить Коваля можно только сразу четырьмя дешифраторами. Но Егерь такой возможности не имеет.
Одна Аська знала, где прячется Коваль.
Мила — баба клевая. Но на нее Коваль положиться мог только в постели. А по жизни нет. Ненадежная она. А потом, у нее муж, свои заботы. Да и ему сейчас не до нее.
А вот Аська — баба что надо. Симпатяжка — это одно, но гораздо важнее, что предана ему как собака.
Даже за такой короткий срок он успел убедиться в этом.
Может быть, он ошибается, и Аська не такая надежная, как того бы хотелось. Но дело в том, что никто не знает о ее существовании. Если кто и попытается выйти на него через баб, то искать будут Леську, Иришку и Галчонка — это его бывшие «хорьки». Про них известно многим. А про Аську никому. Только одна Инна, сестра его родная, знает о ней. И все, больше никто. А уж в сеструхе родной он точно мог не сомневаться.
Дерьмо свое есть будет, но не сдаст братана…
Коваль взял бутылку текилы и по привычке отхлебнул из горла.
— Игнат, зачем ты так много пьешь? — спросила Аська.
Вот она, сидит перед ним в кресле. И хмурится. Другим бы только веселиться, на пару вместе с ним выпивать, а потом бузить не по теме. А ей этого не надо. У нее серьезные намерения. Он ей нужен, а потому она печется о нем, заботится о его здоровье.
— Много? — удивленно посмотрел он на нее. — Разве это много?
Бутылка и на четверть не опустошена.
А она говорит, что много…
— Так время-то сколько, — вздохнула она. — Утро только началось…
Точно, восемь утра. Он только что встал. И сразу за бутылку. А Аська, между прочим, встала много раньше и завтрак уже успела приготовить.
— Ладно, уболтала, — буркнул он. — До вечера ни-ни…
— Вообще пить не надо… А то правое легкое придется вырезать.
Она у него умница, в медицинском институте учится. Будущий врач.
— А почему правое?
— Чтобы место для печени освободить…
— А-а… Печень — это серьезно, — почесал затылок Коваль.
— Ладно, даю слово, как только вся эта канитель закончится, больше ни глотка…
— Вот увидишь, бросишь пить, совсем другим человеком станешь… Ладно, мне пора. Итак опаздываю… Завтрак на столе.
Коваль потянулся с кровати, чтобы ее обнять. Но она уже исчезла.
* * *Уже пять дней подряд Мила принимала «секспирин». И ничего, все нормально. В смысле секса все нормально. Муж вдруг таким милым стал, о Игнате уже и не думается.
