Все было на месте…
* * *Никогда не забыть Миле тех унизительных минут. Она предложила себя тому парню. А он не воспользовался моментом. Ушел. Оставил ее одну.
Она ушла. А минут через пятнадцать мысленно благодарила его. Вернулся муж. Оказывается, ничего серьезного не случилось. И он мог приступить к своим супружеским обязанностям. Мила была удовлетворена.
На следующий день ей было ужасно стыдно перед тем молодым человеком. Это ж надо, показала себя настоящей шлюхой, законченной нимфоманкой. Не объяснять же ему, что она была под воздействием «жар-птицы»…"
"По логике вещей она должна была проклясть «секспирин».
И она его прокляла. Но когда порошок вдруг закончился, она не могла найти себе места.
«Ну и черт с ним, и без него обойдемся!» — говорила она себе.
Но самовнушение не помогло. Едва только представилась возможность, Мила отправилась к Инне.
Школьная подруга была дома. И даже обрадовалась ее приходу. А с чего ей злиться?
— Что, «секспирин» закончился? — чуть ли не сразу спросила она.
Мила была поражена. Откуда Инна знает, зачем она к ней приехала? А ведь чего кривить душой, она действительно здесь потому, что ей нужен серый порошок.
— С чего ты взяла? — подозрительно покосилась она на подругу.
— Да видок у тебя… — усмехнулась Инна.
— А разве что-то не так?..
— Да нет, все так… Только вижу, ты всю ночь напролет в постели под кайфом кувыркалась… Вот оно, значит, что…
— Ну, занималась любовью, а что?
— С кем?
— Как это с кем?.. Я замужняя женщина. И муж у меня не импотент…
— И тебе с ним хорошо!
— Еще как!
— Слава «секспирину»!.
. — засмеялась Инна. Только смех у нее какой-то нездоровый.
— А у тебя он еще есть? — осторожно спросила Мила.
— А ты думала…
— Дай мне немного… Я заплачу. Сколько надо, столько и заплачу…
Мила вдруг поняла, что боится. А вдруг у Инны не окажется волшебного порошка?..
— А у меня самой немного… На одну дозу… В смысле, если ширнуться…
— Как это ширнуться?
— А ты что, все на «жар-птице» сидишь?
— Ну да… А на чем еще?
— «Жар-птица» — это дерьмо.
Не тот кайф. А вот если внутривенно… Хочешь попробовать?..
Нижняя челюсть Инны почему-то мелко подрагивала.
— Давай, — пожала плечами Мила.
Зачем она согласилась? Надо отказаться. Шприц ни к чему хорошему не приведет… Но ведь, кажется, кто-то сказал, что в жизни все надо попробовать. Да это же Инна и сказала. Вот она наверняка все испробовала. И ничего, живая и здоровая. Ничего с ней не случилось. И с Милой ничего не будет.
