— Да брата моего дружки Помнишь, ты разговор один подслушала…
Инна рассказала ей все. Вот тут Миле стало по-настоящему страшно. Она даже о порошке забыла.
Получается, она подставила бандитов. Из-за нее они в засаду попали. Четырнадцать человек погибли. За это ей могут вынести смертный приговор. Если уже не вынесли…
— Но я ни в чем не виновата! — в ужасе воскликнула Мила. — Я в самом деле слышала разговор. Честно!
— Значит, те козлы тебя подставили, — решила Инна.
— Подставили… Точно, подставили! — схватилась за спасительную мысль Мила.
— Я тебе верю. А брат не поверит…
— Но у нас же с твоим Игнатом хорошие отношения…
— Чешуя все это. То, что он тебя трахал, значения не имеет… Короче, тебе исчезнуть надо. Игнат охоту на тебя вот-вот откроет. Как только сил наберется, так и откроет… В общем, исчезай…
— Да, я исчезну, — закивала Мила. — Уеду куда-нибудь далеко-далеко…
А может, и не надо никуда уезжать. Может, ей лучше всего запереться за бронированными дверями у себя дома. И сидеть тихо, как мышь.
А чтобы не было страшно, ей нужен порошок. «Секспирин» — отличное средство защиты от страшной действительности. Уколоться и забыться. И если вдруг киллер к ней все же прорвется, то под кайфом умирать будет совсем нестрашно.
Миле отчаянно захотелось уколоться.
— Ты мне «секспирина» не продашь? — с мольбой посмотрела она на Инну.
— Тебе что, еще не надоело трахаться как мартовской кошке?.. Мне, если честно, надоело… Спокойного кайфа хочу.
— Я тоже так хочу… А что поделать?
— А героин на что? И после него сексоманкой уже не будешь… А кайф покруче.
— Героин… А он у тебя есть?
Мила даже обрадовалась. Теперь ее больше не будет рвать на части бешенство матки. А кайф даже круче. Красота!..
Инна продала ей порошок, показала, как делать раствор. Мало того, приготовила дозу и для нее. Они укололись на пару. И на душе стало так легко и хорошо.
У подруги задерживаться Мила не собиралась, да та и не предлагала. Она вышла из дому и медленным парящим шагом добралась до своей машины.
Она была под кайфом, но это, казалось, не мешает ей вести машину.
«Ягуар» легко слушался руля. Магнитофон включать не имело смысла — внутри у нее была своя музыка…
Никакого Игната Мила не боялась. Ей было все равно. В таком состоянии и умереть не страшно.
Она тронула машину с места. Сквозь пелену кайфа она должна была следить за дорогой. Ей вовсе не хотелось заниматься этим. Хорошо, если бы машина сама могла ездить. Но ее нужно вести. И Миле приходилось быть внимательной.
