Как бы ни тужились мусора, им все равно не остановить «жар-птицу».
Только смеялся он напрасно. Оперы из РУБНОНа всерьез взялись за «секспирин». Был взят под стражу Коваль, его «быки», большинство наркодилеров, уничтожена тайная лаборатория по производству серого порошка…
А может, смеялся он не напрасно?.. Может, «жар-птица» — как легендарная феникс? И возродится из пепла. Не будет «секспирина», появится что-нибудь другое… Кустарных гениев много, и они в вечном поиске…
Часть третья
Глава первая
Противник Никите попался откровенно слабый.
Но настойчивый. Как одержимый он рвался к победе. Только Никита останавливал его не совсем сильными, но точными ударами в голову и корпус. Бил руками, ногами — как положено в кик-боксинге.
И вот удар гонга. Поединок завершен. Никита победил…
После боя к нему подошел тренер.
— Не пойму тебя, Никита, — будто даже с упреком сказал он. — Ты же не просто боец, ты машина. Ты мог смять этого сопляка. Ты мог раскатать его по рингу. Ты мог послать его в нокаут десятки раз.
А ты ни разу не воспользовался моментом… Никита лишь пожал плечами. И простодушно улыбнулся.
— Нокаут — это плохо… Для него плохо, — показал он на побитого бойца, который уже присоединился к своей команде. — А еще нокаут — это больно… А он ничего плохого мне не сделал…
— Да какая разница, сделал он тебе плохо или нет?.. Тебе просто повезло. Попадись противник посильней, тебя бы самого гоняли по рингу…
— Ну и побегал бы, ничего страшного.
— Никита, ты меня удивляешь. Неужели тебе все равно, победишь ты или нет?
— Если бы от этого боя зависела моя жизнь, я бы сделал все, чтобы победить.
А так это всего лишь игра…
— Это спорт!
— Правильно, спорт… И ты извини меня, Петрович, спорт для меня не средство самоутверждения. Спорт для меня лишь средство для поддержания формы…
— С таким настроением я не могу взять тебя на спартакиаду в Питер…
— Да я, Петрович, туда и не хочу…
Никита снова пожал плечами и повернулся к тренеру спиной.
Это раньше, еще до армии, когда он занимался боксом, победа в бою было для него всем.
Он напролом шел к победе. Не щадил ни себя, ни соперника… А сейчас ему как-то все равно, победит он или нет. Но соперника своего смертным боем бить ни за что не будет. Если, конечно, тот не сделал ему ничего плохого…
Никита принял душ, переоделся. Вышел на улицу.
Осень. Сентябрь. Природа засыпает под шорох листвы. Еще светит солнце, небо еще не затянули нудные серые тучи. Но на душе у Никиты ненастье. И все из-за Марты.
