Брат, стреляй первым!

И, возможно, ногами в живот! — предупредил его Вован.

И так сильно надавил на него свинцовым взглядом, что того аж в жар бросило.

— А может, не надо?..

— Не надо, — проскулил Чугунов.

— Может, лучше я тебя сразу в расход?..

— Да ты чо?.. — совсем растерялся тот.

— Жить, значит, хочешь… Ладно, есть шанс…

— Что я должен сделать? — Чугунов понимал, что сs ним не шутят. И церемониться с ним никто не собирался.

— Вернуть мою квартиру, — вмешался Никита.

Собственные интересы для него значили больше, чем интересы группировки.

— Ну это просто, — как будто даже с облегчением вздохнул Чугунов. — Можешь прямо сейчас вселяться…

Никита имел в виду липовые документы. Ибо настоящими Чугунов обзавестись не мог.

— Да нет никаких документов. Я ничего не успел сделать…

— Вот и отлично… Пойдем дальше… Прямо сейчас ты отправляешься в ментовку и отказываешься от своих показаний. Ты ни в чем не обвиняешь Витала, понял?

— Да, да, конечно… Я сделаю все как надо…

— А чтобы у тебя не появилось желание вильнуть хвостом, мы твоих кентов с собой загребем.

Вован говорил очень убедительно. Чугунов внимал ему старательно. Кажется, он все понял.

Чугунов долго смотрел в одну точку на стене. Такого поражения он еще не знал.

Эти ублюдки фактически сломали его бизнес. Играючи засунули в задницу его братков. А теперь еще забрали с собой и Крымова с Зубовым…

Но только пусть не думают, что они сломили его самого!

Показаний он менять не станет.

Он уже созвонился с Гундосом. Вкратце, вернее, намеками обрисовал ему ситуацию. Сегодня вечером у них «стрелка» в ресторане. Посидят, молодость вспомнят, а потом о деле поговорят…

В ближайшее время у черняевских братков появится куча проблем. Не до Чугунова им будет…

А Крымов и Зубов?.. Да от них все равно нужно было избавляться.

— «Вот и все, а ты боялась, только платьице помялось!.

Вован был в превосходном настроении. Фрагмент одного похабного детского стишка он продекламировал с невероятно широкой улыбкой на довольном лице. Никите показалось, что у него сейчас лопнут щеки.

— Это ты про кого? Про нас или про Чугунова? — спросил он. — Лично у меня ничего не рвалось и не мялось…

— И не боялся ты ничего, — закивал Вован. — Ты Ник, в натуре, башковитый пацан… Не, ну, короче, как мы Чугуна сделали, а?

— Да заберет он свои показания.