Брат, стреляй первым!

 — Я вернусь на место Кэпа… Но об этом потом…

— Не говори «гоп», пока…

— Пока не перепрыгнешь… А попрыгать нам, в натуре, придется, не вопрос… Давай займемся Вованом.

— Труп вывозить будем?

— Да вообще-то надо. На твоей хате жмур — тебе от ментов предъява… Мы сделаем так…

Витал достал откуда-то из-под куртки сотовый телефон. Набрал номер.

— Как там дела?.. — спросил он. — Нормально?.. Это хорошо… Дуй сюда!..

— С Артемчиком… Он сейчас во дворе, в «тачке», обстановку пасет. Мали ли что… А знаешь, пацан он конкретный.

Всегда со мной. Меня чуть не грохнули, со всех сторон обложили. А он не отвернулся от меня…

— Ага, принципиальный пацан. Комсомолец, мать его…

— Братанский союз молодежи…

— Ага, точно, братанский… Пацан он не хилый, но крови не видел. Надо его проверить… А заодно «ствол» за собой сохраню.

Скоро появился Артемчик. Бравый крепыш в залихватской кожаной куртке. Массивная серебряная цепь, характерное выражение лица. Ни дать ни взять братан с большой дороги… Только нет той наглости, нахрапистости, которая присуща классическому образу бандита.

Налет интеллигентности во взгляде. Но с каждым днем этот налет будет становиться все тоньше, незаметней, а потом исчезнет совсем…

Вся бравада с лица Артемчика слетела. Когда он увидел окровавленный труп Вована.

— А чего ты побледнел? — жестко спросил его Витал. — Ты чо, думал, мы тут в куколки играем?.. Это смерть, братуха… Это смерть!..

Артемчик взял себя в руки. Но лицо оставалось по-прежнему мертвенно бледным.

Витал заставил его находиться на кухне.

И Никита остался там. Его не мутило, не лихорадило. Он уже спокойно взирал на труп Вована. Как санитар в морге на тело свежего покойничка. Разве что выпить хотелось…

— Нельзя, чтобы пуля в теле осталась, — сказал Витал. — Это значит, «ствол» «замазан»… Смотрите да учитесь, пока я жив…

Он взял руками голову Вована и с видом опытного хирурга начал рассматривать ее. Никита тоже смотрел. На этот раз тошнота шевельнулась в нем, но глубоко внутри. Внешне он оставался спокоен.

Зато не выдержал Артемчик. Он пулей вылетел из кухни и вломился в сортир. Послышались ухающие звуки — это он пугал унитаз.

— Слабак! — продолжая рассматривать голову, сказал про него Витал. — Та-ак, с этим все ясно. Пуля прошла навылет.

— Трепанацию черепа проводить не будем, — сделал вывод Никита.

— Чего? — не понял Витал.

— Ну, череп крошить не надо…

Он вытер руки об одежду убитого, приподнялся с корточек. И направился в туалет. Вернулся оттуда с Артемчиком.